Льготные условия

Аффилированные лица — физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность

Участие в хозяйственной жизни компании аффилированных или взаимозависимых лиц – явный признак того, что организация рискует. Причем риски могут быть не только финансовыми, но и репутационными. Как именно законодательство определяет правовую форму зависимости и какими последствиями она может обернуться для бизнеса, читайте в публикации.

Аффилированные лица: основные сведения

Статья 53.2 ГК РФ определяет аффилированность как отношения связанности лиц между собой. Соответственно, аффилированные лица – это физические и юридические лица, которые могут влиять на деятельность других юридических и (или) физических лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью.

Отношения между лицами в контексте аффилированности классифицируются по следующим понятиям:

  • состав аффилированных лиц;
  • степень их зависимости друг от друга;
  • правовая форма зависимости.

Законодательно регулируются не все отношения между аффилированными лицами, а только сделки и действия, которые могут затрагивать добросовестных участников рынка или привести к конфликту интересов между самими связанными лицами.

Аффилированность бывает односторонней и двусторонней. В первом случае один субъект оказывает влияние на другого. Во втором – несколько лиц воздействуют друг на друга.

Из положений статьи 4 Закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности…» следует, что отношения связанности должны быть юридически оформлены – без этого они не будут соответствовать критериям аффилированности, приведенным в этом же законе.

Однако судебная практика не имеет единой позиции относительно того, признавать или нет лица аффилированными, если отсутствуют юридически оформленные отношения. И если еще десять лет назад судьи выносили решения, опираясь на формальные признаки…

Например, в деле по оспариванию сделок с заинтересованностью (Определение ВАС РФ от 24.03.

2009 № ВАС-2808/09 по делу N А76-1355/2008-5-156) суд не признал физические лица аффилированными из-за отсутствия родственных отношений – «Иванов А.С.

не является аффилированным лицом по отношению к Петрову И.Р., так как он не является его родственником и имеет долю в размере 5% уставного капитала общества».

…то современные судьи не являются сторонниками нормативного формализма и принимают решения, учитывая в совокупности все обстоятельства дела.

В делах по оспариванию сделок в рамках банкротства, в частности, в Определении Верховного Суда РФ от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 по делу N А53-885/2014 суд признал аффилированность, руководствуясь фактическими обстоятельствами, а не формальными критериями.

«…даже неучастие должника в одной группе лиц с заемщиком еще не могло свидетельствовать о безосновательности поручительства (и залога), поскольку банк был не лишен возможности доказывать наличие фактической аффилированности между заемщиком и гарантирующим лицом любыми не запрещенными процессуальным законом средствами», – говорится в Определении.

Критерии отнесения к аффилированным лицам

Чтобы признать физическое или юридическое лицо аффилированным, необходимо определить его способность оказывать влияние на других субъектов, осуществляющих хозяйственную деятельность или являющихся участниками сделок. Законодательство разделяет лица, которые являются аффилированными по отношению к юридическому лицу, и тех, кто оказывает влияние на «физическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность», то есть на ИП.

К первым статья 4 Закона «О конкуренции…» относит тех, кто соответствует следующим признакам:

  • представитель коллегиального исполнительного органа или органа управления (например, совета директоров или наблюдательного совета), а также лицо, «осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа». Этот пункт действует и в отношении юрлиц, являющихся участниками финансово-промышленных групп;
  • лица из той же группы, что и юридическое лицо;

Кто признается аффилированными лицами

Гражданский кодекс определяет аффилированность максимально широко, как отношения связанности между лицами (ст. 53.2 ГК РФ). Однако одной взаимосвязи недостаточно. ГК отсылает нас к Закону РСФСР от 22.03.

1991 № 948-I «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках». В ст.

4 указано, что аффилированные лица — физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Важно, что из-за связанности лица могут влиять друг на друга.

Проверьте, с какими компаниями связан ваш контрагент

Попробовать бесплатно

В законе есть список формальных признаков, которые указывают, что одно лицо может контролировать другое. Для юридического лица аффилированными будут:

  • Его директор, член совета директоров, наблюдательного совета, дирекции или правления, управляющий-ИП или управляющая компания.
  • Его участники, которым принадлежит более 20% акций или доли в уставном капитале. Например, ООО «1» (50%), ООО «2» (15%) и Иванов А.А. (35%) учредили ООО «Ромашка». Аффилированными для ООО «Ромашка» будут ООО «1» и Иванов А.А., потому что их доля в уставном капитале больше 20%.
  • Организации, в которых само юрлицо — участник с 20% акций или долей в уставном капитале. Допустим, что ООО «1» из предыдущего примера также является единственным участником ООО «Лютик». Тогда для ООО «1» аффилированными будут считаться ООО «Ромашка» и ООО «Лютик».
  • Участники-компании финансово-промышленной группы (ФПГ). А именно их директора, члены совета директоров, наблюдательного совета, дирекции или правления, управляющие-ИП или управляющие компания. Сама ФПГ не имеет статуса юрлица. Это несколько организаций, которые объединились для повышения эффективности бизнеса. Этот признак применяется только для групп компаний, созданных до 05.07.2007.
  • Участники одной группы лиц. В группу входят (ст. 9 135-ФЗ «О защите конкуренции»):
    • юрлицо и его участник с долей в уставном капитале или количеством акций более 50%;
    • организация и ее директор, управляющий-ИП или управляющая компания;
    • компании, в которых половина членов совета директоров или правления общие;
    • компании, в которых директор либо половина совета директоров назначены по решению одного и того же лица. Например, Василий Петров учредил ООО «Ромашка» и «Лютик». В обоих он единственный участник. Директором ООО «Ромашка» он назначил Григория Иванова, а ООО «Лютик» — Владимира Сидорова. Поскольку обоих директоров в фирмах назначил сам Петров, «Ромашка» и «Лютик» считаются аффилированными и входят в одну группу лиц;
    • гражданин и его супруг или супруга, дети, родители, братья, сестры, усыновители, усыновленные;
    • организация и группа лиц, которым в совокупности принадлежит 50% акций или доли в уставном капитале.

Также в группу лиц с организацией могут входить публично-правовые образования (Россия, субъект РФ, муниципальное образование), Банк России, госорганы, ОМС.

Однако их не рассматривают в качестве аффилированных с компанией, даже если есть признаки группы лиц (Письмо ФАС РФ № СП/102596/20, ЦБ РФ № ИН-06-28/163 от 24.11.

2020 «О некоторых вопросах, связанных с раскрытием информации об аффилированных лицах»).

Для ИП аффилированными считаются:

  • участники группы лиц, куда входит ИП,
  • организация, в которой у ИП больше 20% акций или доли в уставном капитале.

На практике аффилированными признают лиц и по другим основаниям. Так, арбитражный суд установил аффилированность из-за трудовых отношений между физлицом и организацией. Иванов работал юристом в Фонде содействия кредитованию.

Несколько раз Фонд как кредитор подавал в суд заявление о банкротстве своих должников. Когда фирмы признавали несостоятельными, суд назначал Иванова арбитражным управляющим.

В решении коллегия судей указала, что трудовые отношения между кредитором и арбитражным управляющим должника указывают на единство их экономических интересов, поэтому признал их аффилированными.

В итоге суд привлек Иванова к административной ответственности, так как по закону арбитражный управляющий должен быть независим от кредиторов и должников (Постановление Восемнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 05.09.2019 по делу № А76-8896/2019). Кассация согласилась с таким решением.

ООО должно вести и хранить списки аффилированных лиц, а также представлять их по требованию участников.

У акционерных обществ все сложнее. АО обязаны:

  1. Вести учет аффилированных лиц. Образец оформления списка есть в Приложении № 4 Положения Банка России от 27.03.2020 № 714-П «О раскрытии информации эмитентами эмиссионных ценных бумаг». Необходимые данные об аффилированных лицах (акционерах, членах совета директоров) можно запросить у них напрямую. Еще один вариант — найти сведения в открытых источниках или Контур.Фокусе. Организация обязана представить списки аффилированных акционеру лиц, если он запрашивает их.

    В свою очередь, аффилированные лица АО должны сами письменно заявить о себе, сообщить о количестве принадлежащих им акций.

  2. Раскрывать информацию об аффилированных лицах в бухгалтерской отчетности. Сведения включается в пояснения к бухгалтерскому балансу и отчету о прибылях и убытках. В налоговую необходимо представить информацию о характере отношений между субъектами, виде и объеме операций между ними, условия и сроки расчетов по ним и другое.
  3. Раскрывать информацию об аффилированных лицах в интернете. Сведения должны размещать не все АО, а только ПАО и непубличные АО, которые выпускают облигации или другие ценные бумаги. Списки аффилированных публикуются два раза в год, по итогам каждого полугодия. Для их составления также используется Приложение № 4. 

    Срок на публикацию сведений — пять рабочих дней после окончания отчетного периода. Информация размещается на сайте любого из пяти аккредитованных Банком России информационных агентств (список можно скачать по ссылке). Сведения должны быть доступны на сайте агентства три года.

Проверить компанию в Фокусе

Попробовать бесплатно

Аффилированность — не единственное понятие, которое используется для обозначения связанности сторон. Участники таких отношений могут называться по-разному. Выбор термина зависит от сферы правоотношений.

Чтобы проверить правомерность контролируемых сделок между субъектами, налоговая применяет термин «взаимозависимые лица». Привлекая директора компании-должника к субсидиарной ответственности, арбитражный суд назовет директора «контролирующим».

Понятие «аффилированные лица» используют в банковских, гражданских, корпоративных правоотношениях, а также при организации торгов по 223-ФЗ и 44-ФЗ.

Суды разделяют такой подход. В одном из решений суд указал, что понятия «аффилированные лица» и «взаимозависимые лица» отличаются, хотя по смыслу схожи. Термины применяются для разных целей. Первый имеет значение для гражданско-правового регулирования, второй — для налогового. (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 27.09.2017 № Ф05-13659/17 по делу № А40-169342/2016).

Каждое из названных понятий отличается набором признаков, которые говорят о связи между лицами. Но иногда эти признаки совпадают. Организация и ее руководитель могут быть одновременно аффилированными (абз. 5 ст. 4 Закона РСФСР № 948-I), взаимозависимыми (п. 7 ч. 2 ст. 105.1 НК РФ), контролирующим и подконтрольным (пп. 1 п. 4 ст. 61.10 127-ФЗ).

В широком смысле отношения, в которых одно лицо может влиять на деятельность другого, называют взаимосвязанностью. Виды взаимосвязанных лиц мы разбирали в отдельной статье. Переходите по ссылке, чтобы узнать подробнее.

Бенефициарный владелец — это физическое лицо, которое прямо или косвенно владеет клиентом — юридическим лицом либо способно контролировать его действия (абз. 13 ст. 3 115-ФЗ).

В отличие от аффилированного лица бенефициаром может быть только физическое лицо. Чтобы признать человека бенефициаром компании, достаточно одного из двух оснований: контроль деятельности юрлица или владение 25% акций или доли в уставном капитале. В то время как признаки аффилированности прописаны в законе более детально.

Читайте также:  Сми юридическое лицо

Еще одно отличие — сфера применения каждого из терминов. Понятие «аффилированные лица» используется в гражданско-правовых отношениях. Термин «бенефициарный владелец» — в сфере предотвращения отмывания денег и финансирования терроризма.

Есть несколько вариантов.

  1. На сайтах информационных агентств. АО обязаны раскрывать информацию об аффилированных лицах в интернете. Для этого они выбирают сайт одного из пяти информационных агентств. По названию ОГРН, ИНН можно найти интересующую фирму и посмотреть опубликованные списки аффилированных лиц за предыдущие отчетные периоды. Проблема в том, что информация отображается только на одном сайте, на котором организация ее разместила. Поэтому если на первом ресурсе сведений не оказалось, стоит проверить остальные.
  2. По выпискам из ЕГРЮЛ. Для этого нужно скачать выписку нужной компании с сайта налоговой и проанализировать ее. Посмотреть, кто имеет право действовать от имени организации без доверенности, кому и в каком количестве принадлежат доли в уставном капитале. Сверить эти данные с признаками аффилированных лиц из закона. С АО сложнее: список акционеров хранится у реестродержателя. Получить сведения по акционерам могут только сами акционеры или бенефициары.
  3. Использовать Контур.Фокус. Сервис выявит связанные с контрагентом лица и компании по разным признакам и построит структуру владения организацией.

Проверьте, с какими компаниями связан ваш контрагент

Попробовать бесплатно

Закон не запрещает заключать сделки с контрагентами из-за аффилированных лиц. Однако перед подписанием контракта информацию о связях стоит детально изучить. Это будет полезно в следующих ситуациях.

Взыскание долгов дочернего общества с основного

Если дочернее общество заключило сделку по указанию основного, то отвечать по ней фирмы будут вместе. Это выгодно для кредитора: так больше шансов на погашение долгов.

Компания считается дочерней, если другое юрлицо может определять принимаемые ей решения. Причин для этого несколько: преобладающее участие в уставном капитале, особенности заключенного договора и другие (п. 1 ст. 67.3 ГК РФ).

Отношения головной компании и дочерней — частный случай аффилированности. 

Суд в таких ситуациях на стороне кредитора. Так, компании ООО «Такси» и ООО «Лизинг» заключили договор лизинга. ООО «Такси» не выполнило обязательства по договору, контрагент обратился в суд. ООО «Лизинг» просило привлечь в качестве солидарного ответчика ООО «Курс», так как оно является основным по отношению к дочернему ответчику.

Суд признал ООО «Такси» дочерним обществом, а ООО «Курс» — основным. Он принял во внимание, что полномочия единоличного исполнительного органа в ООО «Такси» возложены на ООО «Курс», у них один адрес, когда-то был один директор, у ООО «Такси» нет своих активов.

По решению суда ООО «Такси» и «Курс» будут отвечать по долгам солидарно (Постановление арбитражного суда Московского округа от 12.10.2021 по делу № А40-157327/2020).

Быстро разобраться в структуре компании, определить ее учредителей и владельцев помогает Контур.Фокус. При проверке информация отобразится в блоке «Учредители и участники» в сервисе.

Вы увидите название и ИНН основной компании, долю владения, размер уставного капитала. Если участников несколько или они менялись, сервис также покажет это.

Участники, которые вышли из состава учредителей, будут зачеркнуты.

Если один из учредителей компании — юридическое лицо, Фокус построит цепочку связей, чтобы найти конечного владельца. Информация о нем также отобразится в отдельном блоке. 

Нажав кнопку «Визуализировать список», вы сможете увидеть цепочку связей до конечных владельцев на схеме. Фокус покажет приблизительный процент косвенного владения проверяемой компанией.

В рассматриваемом примере обществу «Капитал» принадлежит 50% доли в «Торговом доме «М». В свою очередь, А. И. Петров — единственный участник общества «Капитал», значит, он косвенно владеет 50% доли в «Торговом доме «М».

Полученные с помощью сервиса данные можно использовать как на стадии заключения сделки, так и при обращении в суд.

Проверьте, с какими компаниями связан ваш контрагент

Попробовать бесплатно

Признание сделки банкрота с аффилированным лицом недействительной

Кредиторы банкрота могут оспаривать подозрительные сделки должника. Договор, который был заключен, чтобы причинить вред правам кредиторов, можно оспорить в суде. При этом другая сторона сделки должна была знать о неправомерной цели ее заключения.

Считается, что аффилированные лица при совершении сделки знают о незаконной цели ее заключения. Если суд признает такой договор недействительным, сторона сделки вернет банкроту все, что он ей передал.

Полученные средства пополнят конкурсную массу и пойдут на погашение долгов перед кредиторами.

По делу  № А56-67039/2018 кредиторы оспаривали договор поставки, заключенный между банкротом и ООО «Константа». Суд признал должника и его контрагента по сделке аффилированными лицами, так как единственным участником обоих был один и тот же человек. Позже он в полном объеме передал долю в ООО «Константа» своему сыну.

На момент заключения договора поставки у должника уже были большие долги перед другими кредиторами. Несмотря на то, что у него были признаки банкротства, он продолжал отчислять деньги по сделке.

Поскольку контрагент — аффилированное с должником лицо, он не мог не знать, что финансовое состояние его партнера оставляет желать лучшего. Суд установил, что договор был заключен с единственной целью — вывести деньги.

Поэтому встал на сторону кредиторов, постановил перечислить с ООО «Константа» в конкурсную массу банкрота больше 300 млн рублей (Постановление тринадцатого Арбитражного апелляционного суда от 10.07.2020 по делу №А56-67039/2018). Кассация решение поддержала.

Аффилированность не является чем-то неправомерным. Это распространенная схема ведения бизнеса, которая не противоречит закону. Судебная практика это подтверждает. Так, акционер и акционерное общество пытались оспорить несколько сделок, заключенных между АО и его аффилированными лицами. Суды подтвердили: такая связь между контрагентами действительно есть.

Но указали, что сам по себе факт аффилированности не говорит о мнимости или неправомерности сделки. Важно, что договоры соответствовали обычным условиям их заключения, а хозяйственная деятельность между сторонами была реальной. Суд требования истцов не удовлетворил (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.12.2021 по делу № А40-225602/2020).

Однако наказание может последовать за несоблюдение компанией своих обязанностей. ПАО или непубличное АО, выпустившее ценные бумаги, могут привлечь к административной ответственности за следующие правонарушения: 

  • Не предоставили список аффилированных лиц акционеру по его просьбе. Наказание для юрлиц — штраф от 500 000 до 700 000 рублей (ч. 1 ст. 15.19 КоАП).
  • Не раскрыли информацию в интернете. Штраф для организаций — от 700 000 до 1 млн рублей (ч. 2 ст. 15.19 КоАП).

Отказ от ведения и хранения АО и ООО списков аффилированных лиц — тоже нарушение (ч.1 и 2 ст. 13.25 КоАП). Общество рискует получить штраф от 200 000 до 300 000 рублей.

Анализ аффилированных лиц контрагента может показать и другую важную информацию. Например, если среди них есть убыточные компании, банкроты или фирмы-однодневки — повод задуматься о его благонадежности. Своевременная проверка связей потенциальных бизнес-партнеров поможет комплексно оценить риски заключения сделки.

Проверьте вашего контрагента на благонадежность

Попробовать бесплатно

«Резиновая» аффилированность

В российском законодательстве о банкротстве нет, пожалуй, понятия, определяемого столь неоднозначно и расплывчато, как аффилированность.

https://www.youtube.com/watch?v=CuI1vjDGWcc\u0026pp=ygXQAtCQ0YTRhNC40LvQuNGA0L7QstCw0L3QvdGL0LUg0LvQuNGG0LAgLSDRhNC40LfQuNGH0LXRgdC60LjQtSDQuCDRjtGA0LjQtNC40YfQtdGB0LrQuNC1INC70LjRhtCwLCDRgdC_0L7RgdC-0LHQvdGL0LUg0L7QutCw0LfRi9Cy0LDRgtGMINCy0LvQuNGP0L3QuNC1INC90LAg0LTQtdGP0YLQtdC70YzQvdC-0YHRgtGMINGO0YDQuNC00LjRh9C10YHQutC40YUg0LggKNC40LvQuCkg0YTQuNC30LjRh9C10YHQutC40YUg0LvQuNGGLCDQvtGB0YPRidC10YHRgtCy0LvRj9GO0YnQuNGFINC_0YDQtdC00L_RgNC40L3QuNC80LDRgtC10LvRjNGB0LrRg9GOINC00LXRj9GC0LXQu9GM0L3QvtGB0YLRjA%3D%3D

В ст.

4 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» в качестве аффилированного лица названы физическое и юридическое лицо, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность, а также указан перечень случаев (закрытый с точки зрения юридической техники, но фактически открытый), когда лица признаются аффилированными.

Критерии аффилированности выработаны в банкротном праве применительно к определению статуса контролирующих должника лиц и сгруппированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 29 января 2020 г.). 

Судебная практика по делам о банкротстве исходит из того, что аффилированность может быть как юридической (то есть прямо отвечать признакам, установленным законом), так и скрытой или фактической (когда в судебном порядке будет доказано, что лицо, несмотря на отсутствие юридической аффилированности, оказывало влияние или определяло деятельность другого лица). Для установления признаков фактической аффилированности учитываются общность экономических интересов лиц, наличие между ними правоотношений, не соответствующих рыночным условиям, согласованность действий в отношениях с третьими лицами, наличие фидуциарных либо властно-распорядительных отношений между физическими лицами и др.

Естественно, что установление фактической аффилированности зависит исключительно от конкретных обстоятельств дела, активности (а иногда и статуса) стороны, заявляющей о таких признаках, судебной оценки доказательств в частности и дискреции вообще, что ведет к отсутствию единообразия судебной практики. К примеру, наличие у нескольких кредиторов одного и того же представителя в некоторых ситуациях служит достаточным основанием для возникновения у суда подозрений в фактической аффилированности этих кредиторов, а в других – вообще не вызывает вопросов.

Активное развитие доктрины субординации требований контролирующих лиц, явившееся, по сути, результатом как борьбы с «продолжниковыми» банкротствами, так и стремления увеличить размер удовлетворения требований независимых кредиторов по результатам процедур банкротства, привело к тому, что суды стали более детально оценивать наличие взаимосвязей между арбитражными управляющими, с одной стороны, и должником или кредиторами – с другой.

Безусловно, одно из требований к арбитражному управляющему – отсутствие его заинтересованности по отношению к должнику или кредиторам – направлено на предотвращение возможного конфликта интересов.

Однако слишком вольная трактовка термина «аффилированность», превращение его в «бесконечно растяжимое» понятие приводят к тому, что фактически арбитражным управляющим вменяется в вину любая, даже самая косвенная, связь с должником, контролирующими лицами или кредиторами.

Я не случайно назвал понятие аффилированности «резиновым»: отказ в утверждении или отстранение арбитражного управляющего по такому основанию, на мой взгляд, ничем иным, как санкцией, назвать нельзя. 

К подобному выводу пришел, в частности, АС г. Москвы в рамках дела о банкротстве должника (определение от 6 июля 2020 г. по делу № А40-173401/2019).

Для отстранения финансового управляющего суд счел достаточным довод о том, что он представлял одного из кредиторов в другом судебном процессе о взыскании задолженности с этого должника, что было расценено судом как фактическая аффилированность.

При этом, исходя из содержания судебного акта, никаких неправомерных действий (бездействия), ущемления прав должника, несоблюдения баланса интересов участников дела о банкротстве управляющим допущено не было. 

Огульное применение подобных чрезмерно, на мой взгляд, жестких стандартов к арбитражным управляющим считаю недопустимым – они не должны становиться, по сути, заложниками «резиновой» аффилированности – как в приведенном и подобных случаях.

Читайте также:  Предпринимательская деятельность юридического лица

https://www.youtube.com/watch?v=CuI1vjDGWcc\u0026t=196s

В соответствии с п. 56 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в целях предотвращения злоупотребления правом (ст.

10 ГК РФ) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в должной компетентности, добросовестности или независимости которого у суда возникли существенные и обоснованные сомнения. Однако суд вправе отказать в утверждении управляющего или отстранить его только в случае именно существенных сомнений.

Далее в этом же пункте постановления разъяснено: учитывая исключительность данной меры, недопустимость фактического установления таким образом запрета на профессию и необходимость ограничения во времени риска ответственности за совершенные нарушения, суд должен также принимать во внимание, что основанием для подобных отказа или отстранения не могут служить нарушения, совершенные управляющим по неосторожности, а также несущественные нарушения, или не причинившие значительного ущерба, или состоявшиеся значительное время (несколько лет и более) назад.

Кроме того, еще до широкого распространения правил о субординации Верховный Суд в Определении от 4 июня 2018 г.

№ 305-ЭС18-413 по делу № А40-163846/2016 указал: для того чтобы субординировать требования кредитора, у суда должны возникнуть разумные сомнения.

Данная позиция впоследствии легла в основу всех судебных актов, связанных с установлением стандартов и бремени доказывания по подобным делам.

Таким образом, для применения «отвода» управляющего всегда необходимо преодоление «минимального порога» – разумных, существенных и обоснованных сомнений суда в независимости арбитражного управляющего и невозможности их опровержения.

В случае, рассмотренном АС г. Москвы, этот «порог», на мой взгляд, пройден не был. Да, арбитражный управляющий являлся судебным представителем кредитора по спору с должником в суде общей юрисдикции до возбуждения дела о банкротстве.

Полагаю, это может свидетельствовать скорее о том, что между кредитором и физлицом (будущим финансовым управляющим) были гражданско-правовые отношения по возмездному оказанию юридических услуг. Возможно также, что это физлицо и вовсе было сотрудником юридической компании или привлеченным в порядке аутсорсинга специалистом.

Судебное представительство – это комплекс действий в интересах третьих лиц в ограниченных процессуальными рамками условиях, что само по себе, на мой взгляд, не свидетельствует о том, что между поверенным и доверителем возникает заинтересованность и аффилированность.

И даже выдача доверенности (по сути, как указано в учебниках гражданского права, действие фидуациарного характера) также не влечет безусловного возникновения указанных доверительных отношений в прямом смысле слова. 

Иными словами, если у пяти кредиторов, предъявивших требования о включении в реестр к одному и тому же должнику, один и тот же представитель, данное обстоятельство может вызывать подозрения в наличии скрытой аффилированности. Однако если у пяти доверителей одно и то же лицо представляло их интересы в различных процессах в разное время, для возникновения «разумных сомнений» в наличии признаков их аффилированности этого недостаточно.

Трудно согласиться с выводом об аффилированности кредитора с его управляющим, когда кредитор, к примеру, указывает одну и ту же кандидатуру арбитражного управляющего в нескольких инициированных им делах о банкротстве.

Вероятнее, речь идет о том, что кредитор заявляет управляющего, известного ему как профессионала, который сможет качественно выполнить комплекс мероприятий по погашению кредиторской задолженности.

На достижение именно этой цели и направлен институт аккредитации саморегулируемых организаций или конкретных управляющих у системных кредиторов, который последние, кстати, ввели и поддерживают.

Немаловажно, на мой взгляд, и применение временных параметров к оценке наличия фактической аффилированности. Например, если пять лет назад одно лицо представляло другое, вряд ли стоит серьезно на этом основании заявлять об аффилированности лиц в текущий момент.

В отсутствие указанных обоснованных и существенных сомнений «отводить» арбитражного управляющего, а также неоправданно применять завышенный стандарт доказывания, полагаю, недопустимо. 

Более того, управляющему должна быть предоставлена возможность опровергнуть такие сомнения. Сейчас вопрос решается просто – кто-либо из участников процесса заявляет доводы против кандидатуры арбитражного управляющего (а он, как правило, в судебном заседании по утверждению его кандидатуры не участвует).

Суд, соглашаясь с указанными доводами, отказывает в утверждении.

В связи с этим считаю необходимым предоставить управляющему право участвовать в такого рода судебных заседаниях, а в случае возражений против его утверждения – право выдвинуть контраргументы и предоставить доказательства в опровержение заявленных доводов.

Перепечатка статьи из «Адвокатской газеты» https://www.advgazeta.ru/mneniya/rezinovaya-affilirovannost/

Фактическая аффилированность в спорах об оспаривании сделок в рамках дела о банкротства

27.05.2022

М.Полуэктов / АК Полуэктова и партнеры

Продолжаем рассматривать тему аффилированности в банкротных спорах. 

Ранее в статье «Осторожно — субординация требований кредиторов!» мы разобрали вопросы понижения очередности удовлетворения требований контролирующих должника лиц и лиц, аффилированных с контролирующими лицами и самим должником. 

В статье «Участие аффилированных лиц должника в делах о банкротстве» мы разобрали вопросы включения в реестр требований кредиторов требований аффилированных с должником лиц, а также вопросы участия таких лиц в распределении конкурсной массы и выборах арбитражного управляющего.

В данной же статье рассмотрим, какую роль играет фактор аффилированности в спорах об оспаривании сделок в рамках дела о банкротстве.

Напомним, аффилированные лица — это физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (ст.4 Закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

При этом Закон о банкротстве в основном оперирует иным понятием — “заинтересованные лица”. 

Это понятие шире понятия “аффилированные лица”. Например, к заинтересованным по отношению к должнику лицам относится главный бухгалтер должника, который при этом не относится к числу аффилированных с должником лиц. 

  • Однако для удобства в рамках данной статьи будем использовать понятия аффилированные и заинтересованные лица как синонимы.
  • В случае признания стороны сделки заинтересованным лицом по отношению к должнику возникает ряд презумпций, которые крайне трудно опровергнуть:
  • — цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица;
  • — предполагается, что заинтересованное лицо знало о том, что сделка совершается должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов;

— предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества (ст.ст.61.2, 61.3 Закона о банкротстве).

Данные обстоятельства (цель причинения вреда, знание о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества) входят в предмет доказывания при оспаривании сделок по банкротным основаниям. Поэтому установление аффилированности (заинтересованности) часто имеет решающее значение в такого рода спорах.

Как же устанавливается аффилированность лиц?

Формальные признаки аффилированности (заинтересованности) перечислены в ст.19 Закона о банкротстве, ст.4 Закона о конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках и ст.

9 Закона о конкуренции (в последнем случае перечисляются признаки такого понятия как “группа лиц”, которое соотносится с понятием аффилированности как частное и общее; то есть лица, признаваемые “группой лиц”, всегда являются аффилированными).

Однако очень часто должник специально совершает порочные сделки (выводит активы, создает фиктивную кредиторскую задолженность) с лицами, которые формально не являются по отношению к должнику аффилированными, но фактически в силу близких отношений подконтрольны ему. Например, это может быть близкий друг или работник должника.

В ответ на это Верховный суд РФ ввел такое понятие как “фактическая аффилированность” и уравнял его по правовым последствиям с «юридической аффилированностью». 

Ранее мы писали о доктрине «приоритета существа над формой» при разрешении судебных споров. Это как раз тот случай – формально не аффилированные лица тем не менее признаются аффилированными в силу неформальных отношений связанности.

Впервые о фактической аффилированности Верховный Суд РФ заговорил в 2015 г. (определение СКЭС Верховного Суда РФ от 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607).

Как работает презумпция в банкротстве

Когда закон устанавливает презумпции, связанные с аффилированностью лица (при недействительности сделок, включении в реестр требований кредиторов должника, привлечении к субсидиарной ответственности), суды зачастую занимают категоричную позицию: если есть аффилированность, значит сделка порочна.

Наличие такого элемента позволяет не только признать сделку недействительной в рамках конкурсного оспаривания, но и посчитать задолженность, вытекающую из отношений по такой сделке, искусственно созданной и (или) привлечь контролирующее должника лицо к субсидиарной ответственности.

Читайте также:  Оспаривание договора подписанного электронной подписью

Звучит преувеличенно, но в целом судебная практика идет по такому пути.

В качестве примера можно привести дело № А43-949/2016 (постановление АС Волго-Вятского округа от 19 мая 2021 г. № Ф01-1429/2021).

Рассматривая кассационную жалобу, суд указал: «Приняв во внимание изложенное, констатировав, что лица, участвовавшие в спорных договорах, являются аффилированными по отношению друг к другу, суды двух инстанций правомерно признали сделки недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве».

В деле № А40-202517/2017 суды также не стали учитывать доводы заинтересованного лица о том, что они не приняли во внимание фактические обстоятельства спора.

Так, суды пришли к выводу, что оспариваемая сделка (залог) совершена с аффилированным лицом, осведомленным о признаках неплатежеспособности должника на дату заключения сделки, и является заведомо экономически невыгодной для должника (постановление АС Московского округа от 19 января 2021 г. № Ф05-10350/2019).

В еще одном примере (дело № А41-26800/2018) при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в отсутствие в материалах дела документов, подтверждающих довод о выводе средств должника на иные созданные ответчиками юридические лица, суды ограничились лишь констатацией факта аффилированности (постановление АС Московского округа от 13 октября 2020 г. № Ф05-15489/2020).

Безусловно, во всех делах можно поспорить и утверждать, что сделки были недействительными, но, если «убрать» признак аффилированности, на проблему можно взглянуть под иным углом.

В любом случае не стоит забывать, что признак аффилированности – всего лишь презумпция и одно из обстоятельств, которое может быть основанием для удовлетворения того или иного заявления в рамках конкурсного оспаривания, включения в реестр кредиторов должника, привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Наличие аффилированности наводит на сомнения в порочности сделки, но не должно быть решающим обстоятельством.

В теории аффилированные лица – это физические и юридические лица, способные оказывать влияние на юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (ст. 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г.

№ 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

Причина такого отношения к аффилированным лицам заключается в том, что предполагается, что они знают о финансовых проблемах стороны сделки, понимают, что ее совершение причинит вред кредиторам, и т.д.

В 90% случаев наличие такого элемента существенно облегчает работу заявителям при оспаривании сделок по банкротным делам, недопущении кредитора в реестр требований кредиторов должника и привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Доводы ответчиков (заинтересованных лиц, кредиторов) о наличии экономически обоснованной цели совершения определенных действий остаются «неуслышанными».

Это связано с тем, что в большинстве случаев вывод активов действительно осуществляется через знакомых (фактически и юридически аффилированных лиц) – вряд ли кто-то будет продавать свое имущество (отчуждать иным образом) незнакомцу, иначе есть риск навсегда попрощаться с имуществом. Вопрос в степени доверия. В связи с этим суды полагают: если есть признак аффилированности, то сделка порочна. Но всегда ли это так?

ВС: Сделки между близкими родственниками не всегда можно рассматривать как злоупотребление в банкротном делеКак пояснил Верховный Суд, конкурсное оспаривание возможно в интересах только тех кредиторов, чьи требования имелись к моменту совершения должником предполагаемого противоправного действия либо могли возникнуть в будущем

Еще в декабре 2020 г.

Верховный Суд РФ напомнил, что не всегда наличие аффилированности свидетельствует о недействительности сделки: «Действительно, связанность с лицом, перед которым до банкротства у должника возникли обязательства, усиливает подозрения в том, что соответствующие требования могут быть фиктивными, однако не исключает и реальный характер задолженности (выделено мной. – М. К.). В таком случае, проверяя обоснованность требования либо действительность сделки, на которой оно основано, суду надлежит исследовать историю возникновения долга, а также фактическое движение имущественных благ между сторонами обязательств, во внимание может быть принято также и процессуальное поведение самого должника» (Определение от 17 декабря 2020 г. № 305-ЭС20-12206 по делу № А40-61522/2019).

В данном деле был подан иск о признании недействительной сделки купли-продажи земельного участка и жилого дома.

Однако названное определение не особенно повлияло на сложившуюся судебную практику, поскольку основной вывод судов, на основании которого было отказано в признании сделки недействительной, вкратце можно обозначить как «нет кредиторов – нет цели причинить им вред».

Однако, на мой взгляд, Верховный Суд в очередной раз обратил внимание на то, что не стоит формально подходить к рассмотрению спора даже при доказанности аффилированности.

Еще одно значимое Определение Верховный Суд вынес 25 марта 2021 г. (№ 310-ЭС20-18954 по делу А36-7977/16). Предметом рассмотрения был вопрос о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Коллегия по экономическим спорам ВС РФ в очередной раз указала на то, что не всегда совершение сделки с аффилированным лицом свидетельствует о недобросовестном поведении.

Нюансы ответственности контролирующих должника лиц при поручительстве за одного из членов группы компанийВС не согласился с тем, что одно лицо, входящее в группу, не должно предоставлять антикризисную поддержку другому члену группы, находящемуся в сложном состоянии, под страхом привлечения руководителя поручителя к субсидиарной ответственности

Напомню, в данном деле руководитель юрлица был привлечен к субсидиарной ответственности в связи с тем, что от имени общества предоставил поручительство за аффилированную компанию. Впоследствии обязательства по поручительству привели к банкротству возглавляемого им общества.

Верховный Суд отменил акты нижестоящих судов о привлечении директора к ответственности и направил дело на новое рассмотрение.

Экономколлегия указала следующее: «При разрешении вопроса о реальной цели совершения тех или иных сделок должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота.

В настоящее время на рынке кредитования сложилась устойчивая банковская практика, в соответствии с которой организации, входящие в одну группу, привлекаются банками в качестве поручителей по обязательствам друг друга.

Сама по себе выдача такого рода поручительств [за аффилированное лицо] в пользу кредитной организации, настаивающей на дополнительном обеспечении, не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении руководителя общества-поручителя по отношению к кредиторам (выделено мной. – М.К.)».

ВС также обратил внимание, что подход нижестоящих судов, по сути, сводился к тому, что одно лицо, входящее в группу, не должно предоставлять подобного рода антикризисное финансирование другому члену группы, находящемуся в сложном положении, под страхом привлечения руководителя компании-поручителя к субсидиарной ответственности. 

С таким подходом Экономколлегия ВС не согласилась, указав, что он не основан на положениях Закона о банкротстве, содержащих исчерпывающий перечень исключений из общего правила о самостоятельной ответственности юридического лица (ст. 56 ГК РФ), применимых при несостоятельности.

Наличие антикризисной программы (плана), как разъяснил Суд, может подтверждаться не только документом, поименованным соответствующим образом, но и совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами, протоколами совещаний и т.п.).

При этом возложение субсидиарной ответственности допустимо, в частности, когда следование плану являлось явно неразумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, либо когда план разрабатывался лишь для создания внешней иллюзии принятия антикризисных мер и получения отсрочки для того, чтобы выиграть время для отчуждения активов во вред кредиторам.

Безусловно, решение о том, обоснован ли был план, разумен или нет – также вопрос судебной оценки. Однако, на мой взгляд, приведенные определения ВС можно смело «собирать в копилку» и использовать изложенные в них выводы для подкрепления аргументов о реальности сделок, совершенных с аффилированными лицами, и об отсутствии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов в схожих спорах.

ВС: Конкурсный управляющий вправе запрашивать сведения о родне участников должникаТакое лицо вправе обратиться в суд, рассматривающий дело о банкротстве, за содействием в получении сведений из органа ЗАГС о том, кто является родственниками и свойственниками контролирующих лиц должника

В свете описанной позиции ВС стоит обратить внимание на Определение от 29 апреля 2021 г. № 307-ЭС20-22954 по делу № А26-8852/2019 об истребовании конкурсным управляющим из органов ЗАГС информации о родственниках контролирующих должника лиц.

Исход рассмотрения заявления конкурсного управляющего в данном случае, полагаю, предсказуем и направлен на достижение цели соразмерного удовлетворения требований кредиторов (ст. 2 Закона о банкротстве). Указанная цель реализуется прежде всего арбитражным управляющим посредством конкурсного оспаривания сделок, привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Этот подход показывает, насколько тщательно арбитражные управляющие ищут доказательства аффилированности в целях доказывания порочного характера сделок, а суды нередко способствуют такому сбору доказательств.

Тем не менее, несмотря на сложившуюся тенденцию, предпринимателям и представителям, защищающим их права и законные интересы, полагаю, не стоит опускать руки.

Недаром арбитражный процесс основан на принципе состязательности, а презумпция аффилированности – всего лишь презумпция, которую можно и нужно опровергать, вооружившись рассмотренными выводами Верховного Суда.