Льготные условия

Дарение коммерческой организации

Важно отметить, что запрет на дарение между коммерческими организациями действует в отношении всего предмета дарения. Судьи учли эту тонкость при рассмотрении спора, который нашел отражение в постановлении ФАС Восточно-Сибирского округа от 24 апреля 2008 г. № А19-11946/07-26-Ф02-1476/08 по делу № А19-11946/07-26.

Продолжение. Начало статьи читать здесь

«На всякого мудреца…»

Стороны заключили договор генерального подряда на выполнение строительно-монтажных работ.

При оплате выполненных работ генеральный подрядчик исключил из акта приемки сумму 200 000 рублей на основании письма городской администрации в качестве благотворительной помощи городу, оказываемой подрядными организациями (а не по причине невыполнения определенного объема работ). В связи с этим субподрядчик обратился в суд с иском, полагая, что оснований для удержания 200 000 рублей нет.

Арбитры внимательно изучили спорную ситуацию и разъяснили: статья 575 Гражданского кодекса запрещает дарение между коммерческими организациями.

Это означает, что уменьшение объема выполненных работ на 200 000 рублей в благотворительных целях неправомерно.

Отсутствие возражений на акт выполненных работ не говорит о намерении осуществить безвозмездную передачу денежных средств администрации города.

Впоследствии оказалось, что, согласно письму администрации города, генподрядчик не обязан был при осуществлении подрядных работ оказывать какому-либо юридическому лицу благотворительную помощь в сумме 200 000 рублей. Более того: данная обязанность также не предусмотрена договорами подряда.

В итоге с учетом всех названных обстоятельств сама по себе «нарисовалась» схема распила «строительных» денег. В данном случае арбитражный суд ее пресек.

Это важно

Арбитражный суд не может считать доказанным факт, который подтвержден только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд его оригинал, а копии не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств (часть 6 ст. 71 АПК РФ).

Есть и другие аналогичные примеры в арбитражной практике. Так, судьи признали подпадающим под запрет на дарение между коммерческими организациями условие договора о возврате финансовой помощи не в полном объеме (постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 28 декабря 2004 г. № Ф04-8971/2004(7244-А81-36)).

Сомнительные формулировки договоров часто становятся предметом судебных разбирательств. Вот пример: «Согласно пункту ** договора от **.**.20** г. заказчик в течение * дней с момента подписания договора на оказание услуг перечисляет исполнителю аванс в сумме ** *** руб., с учетом НДС.

В соответствии с пунктом ** в случае отказа заказчика от исполнения настоящего договора в одностороннем порядке сумма аванса заказчику исполнителем не возвращается» (из постановления ФАС Западно-Сибирского округа от 19 марта 2009 г. № Ф04-1096/2009(2918-А45-13) по делу № А45-9296/2008).

Судьи рассуждали следующим образом: статья 782 Гражданского кодекса предусматривает оплату исполнителю только фактически понесенных им расходов.

Удержание исполнителем аванса при отсутствии факта выполнения работ является по существу дарением. Согласно статье 575 Гражданского кодекса, дарение не допускается в отношениях между коммерческими организациями.

С учетом этого пункт договора, содержащий запрет на возврат аванса, недействителен.

Внимание

Запрет дарения в отношениях между коммерческими организациями (ст. 575 ГК РФ) не применяется к договору поручительства. Безвозмездный характер поручительства, установленный законом, не означает, что данный вид договора можно квалифицировать как договор дарения (постановление ФАС Московского округа от 25 сентября 2008 г. № КГ-А40/8890-078 по делу № А40-59500/07-81-309).

Когда перечисление денег – не дарение, а обязанность

Ограничения на дарение действуют и при банкротстве. Интересный случай рассмотрели уральские арбитры в постановлении от 27 июля 2005 г. № Ф09-1825/05-С5 по делу № А76-25730/2004.

Дарение коммерческой организации

Конкурсный управляющий фирмы посчитал, что перечисление средств на счет акционерного общества фактически является сделкой дарения, которая запрещена между коммерческими организациями. От имени фирмы он обратился в арбитражный суд с иском о признании сделки недействительной и об обязании акционерного общества вернуть деньги.

Судьи отказали конкурсному управляющему на том основании, что перечисление средств сделкой дарения не является. Оно не выражает волю фирмы передать денежные средства в дар, а свидетельствует лишь о наличии между сторонами иных отношений, а именно – связанных с распределением прибыли, то есть исполнением обязательства перед учредителем.

Это важно

Договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное (п. 3 ст. 423 ГК РФ).

«Оригинальное» прощение долга

Закон гласит: отношения кредитора и должника по прощению долга можно квалифицировать как дарение тогда, когда суд устанавливает намерение кредитора освободить должника от обязанности по уплате долга в качестве дара. В этом случае прощение долга подчиняется запрету на дарение в отношениях между коммерческими организациями.

В постановлении ФАС Северо-Западного округа от 8 июня 2006 г. по делу № А42-422/2005 перед арбитрами встала задача проанализировать следующую формулировку дополнительного соглашения к договору: «По итогам выполнения договора к **.**.20** г.

вне зависимости от результатов финансово-хозяйственной деятельности сторон все обязательства по договору от **.**.20** г. № ** и по договору от **.**.20** г. № **/**/** считаются исполненными, а расчеты завершенными.

Стороны не имеют друг к другу никаких имущественных и финансовых претензий при условии выполнения ”Исполнителем“ подпунктов **, ** и выполнения ”Заказчиком“ пункта ** Договора».

К сведению

Действующее законодательство не запрещает заключать одно дополнительное соглашение к двум или более договорам (решение Арбитражного суда г. Москвы от 12 декабря 2007 г. по делу № А40-47306/07-53-410).

Арбитражный суд изучил финансовые взаимоотношения сторон и пришел к выводу, что вышеприведенная формулировка дополнительного соглашения свидетельствует о намерении кредитора одарить должника, а точнее, освободить от уплаты долга (прощение долга). Поскольку стороны соглашения – ООО и ФГУП, дарение между ними недопустимо.

Дарение vs. неосновательное обогащение

Определенная часть судебных споров связана с двумя противоположными по правовым последствиям фактами – дарением и неосновательным обогащением. Обычно это споры, связанные с оплатой каких-либо товаров, работ, услуг. Из них, как правило, можно четко проследить недобросовестность при ведении бизнеса одной стороны по отношению к другой.

Суть в следующем: если имело место дарение, то полученное возвращать не нужно. При этом следует учитывать, кто выступает сторонами в сделке: в любом случае действует запрет на дарение между коммерческими организациями.

В обратной ситуации, когда суд признает, что налицо неосновательное обогащение, другая сторона обязана вернуть все полученное по сделке. Поэтому стороны спора «тянут воз» каждая в своем направлении, кому как выгодно.

Типичный пример – постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 27 января 2010 г. по делу № А32-4417/2009.

Платежным поручением предприниматель перечислил фирме 500 000 рублей, указав в качестве назначения платежа: «Оплата за автозапчасти согласно договору от **.**.20** г. № ***». Между тем судьи установили, что данный платеж произведен коммерсантом по ошибке.

Между сторонами отсутствуют какие-либо обязательства, которые могли бы быть основанием данного платежа. Соответственно предприниматель обратился в арбитражный суд с иском к фирме о взыскании 500 000 рублей как неосновательного обогащения.

Таким образом, он настаивает на неосновательном обогащении фирмы, а сама фирма утверждает, что получила 500 000 рублей в дар.

Арбитры установили: коммерсант не имел намерения подарить денежные средства. Указанное им в платежном поручении назначение платежа говорит об отсутствии у него волеизъявления передать деньги в дар или на благотворительные цели. Тот факт, что фирма в действительности не занимается реализацией автозапчастей, не свидетельствует о намерении предпринимателя подарить ей спорную сумму денег.

Судьи особо отметили: тот факт, что предприниматель не заявил требований о возврате спорной суммы сразу после перечисления денежных средств и до момента обращения с иском в суд, не имеет значения и не влияет на исход спора.

В. Бельковец, юрист, ведущий эксперт по правовым вопросам

Вс разобрался, возможно ли дарение объектов электросетевого хозяйства

Верховный Суд в Определении № 309-ЭС21-11340 от 12 ноября разобрался, возможно ли дарение объектов электросетевого хозяйства.

В 2017 г. на основании технического плана и постановления администрации о выдаче разрешения на размещение ЛЭП 6 кВ для электроснабжения дачных домов на 49 лет на государственный кадастровый учет в качестве недвижимого имущества было поставлено сооружение в садоводческом потребительском кооперативе «Институтский», проведена государственная регистрация права собственности товарищества.

30 декабря 2019 г. СНТ «Институтский» и АО «Россети Центр и Приволжье» заключили договор дарения объектов электросетевого хозяйства. На следующий день стороны обратились в Управление Росреестра по Удмуртской Республике с заявлением о государственной регистрации перехода права собственности, однако 20 января 2020 г. госрегистрация перехода права была приостановлена.

Управление Росреестра указало, что данный объект является объектом общего пользования, расположенным в границах территории садоводства или огородничества, и не может быть передан ни по возмездной, ни по безвозмездной сделке обществу как лицу, не предусмотренному п. 8 ст.

25 Закона о ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты (Закон № 217-ФЗ).

Ведомство предложило СНТ подготовить документы для безвозмездной передачи объекта в государственную собственность субъекта РФ или муниципального образования, на территориях которых расположена территория садоводства.

Товарищество обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании незаконным решения Управления Росреестра.

Суд, установив, что сооружение относится к имуществу общего пользования товарищества и предназначено для удовлетворения потребностей граждан, ведущих садоводство, а также создано в этих целях, учитывая предусмотренную законом возможность передачи имущества общего пользования в муниципальную собственность, пришел к выводу о несоответствии закону договора, представленного для проведения государственной регистрации перехода прав. Апелляция и кассация оставили в силе решение первой инстанции. Товарищество подало кассационную жалобу в Верховный Суд.

ВС отметил, что положения ст.

575 ГК и Закона № 217-ФЗ не запрещают заключать договор дарения в отношениях между коммерческой и некоммерческой организациями и не ограничивают право граждан, осуществляющих ведение садоводства или огородничества на земельных участках, расположенных в границах территории, на самостоятельное решение вопросов относительно созданного ими за свой счет общего имущества.

Читайте также:  Вычет отсутствие контрагента юридический адрес

При этом п. 8 ст.

25 Закона № 217-ФЗ, в соответствии с которым имущество общего пользования может быть безвозмездно предано в государственную собственность субъекта РФ или муниципального образования, не содержит запрета на распоряжение общим имуществом товарищества при наличии соответствующего решения собственников и не регулирует иные случаи распоряжения общим имуществом, а лишь указывает на возможность безвозмездной его передачи в пользу субъекта РФ или муниципального образования, заметил ВС.

Верховный Суд указал, что в силу положений ст. 198, 200, 201 АПК для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

ВС отметил, что согласно ч. 1 ст.

14 Закона № 218-ФЗ государственный кадастровый учет и (или) государственная регистрация прав осуществляются на основании заявления, за исключением установленных данным законом случаев, и документов, поступивших в орган регистрации прав в установленном законом порядке. Основания для осуществления кадастрового учета и регистрации прав установлены ч. 2 ст. 14 Закона № 218-ФЗ.

Также Верховный Суд указал, что в соответствии с ч. 5 ст. 18 Закона № 218-ФЗ не допускается истребование у заявителя дополнительных документов, если представленные им документы отвечают требованиям ст.

21 Закона № 281-ФЗ и требованиям принятых в соответствии с данным законом нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти, если иное не установлено этим законом или иными федеральными законами.

«Исходя из совокупного анализа вышеуказанных норм права, Судебная коллегия приходит к выводу о том, что у Управления Росреестра не имелось препятствий для осуществления регистрационных действий по указанным регистрирующим органом основаниям, а оспариваемое решение нарушает права собственника на распоряжение своим имуществом», – резюмируется в определении.

Между тем, отметил ВС, определение надлежащего способа устранения нарушения прав и законных интересов заявителя входит в компетенцию арбитражного суда в рамках судейского усмотрения и связано с оценкой спорных правоотношений, совокупностью установленных по делу обстоятельств. Соответствующий выбор конкретного способа восстановления нарушенного права не ограничен указанной заявителем мерой.

Поскольку, заметил Суд, в настоящем деле судами не была дана оценка документам, представленным на регистрацию, в соответствии с требованиями законодательства, а для принятия обоснованного и законного решения требуются исследование и оценка доказательств, а также осуществление иных процессуальных действий, не относящихся к полномочиям суда кассационной инстанции, дело подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В комментарии «АГ» адвокат МКА «Тимофеев, Фаренвальд и партнеры» Екатерина Шмитт назвала позицию Верховного Суда несколько противоречивой: «С одной стороны, ВС правильно указал на то, что п. 8 ст.

25 Закона о ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты не регулирует случаи распоряжения общим имуществом, а лишь рассматривает частный вариант передачи его в пользу субъекта или муниципального образования. С другой стороны, ВС не разъяснил, как возможность дарения общего имущества СНТ соотносится с п.

4 этой же статьи, устанавливающей принцип неразрывности права общей долевой собственности на имущество общего пользования и права собственности на земельный участок в границах СНТ».

Новые разъяснения ВС, указала Екатерина Шмитт, открывают путь для разрыва этой связи и возможности отчуждения общего имущества СНТ отдельно от прав на земельные участки, что, в свою очередь, может привести к утрате собственниками участков права пользования общим имуществом.

Адвокат КА Новосибирской области «Бойко и партнеры» Светлана Немчинова посчитала решение интересным, поскольку оно предопределило судьбу объектов электросетевого хозяйства как имущества общего пользования.

ВС установил, что основания, указанные регистрирующим органом в приостановлении регистрации перехода права собственности: несоответствие договора требованиям законодательства (запрет на дарение между юридическими лицами) и предусмотренная законом возможность передачи общего имущества в муниципальную собственность – не являются основанием для приостановления регистрации перехода права собственности.

«Суд указал, что нельзя умалять или ограничивать права собственника, только в случаях, установленных законом.

В рассматриваемом случае договор соответствовал требованиям законодательства, поскольку отсутствует запрет на дарение между коммерческими и некоммерческими организациями и существует альтернативное, а не исключительное право собственников имущества в садоводческом товариществе на передачу имущества в муниципальную собственность», – отметила она.

Светлана Немчинова обратила внимание, что ВС, отменив решения нижестоящих судов, указал, что при новом рассмотрении необходимо исследовать и дать оценку документам, представленным на регистрацию.

«Думаю, имеется в виду наличие документа, исходящего от членов товарищества как собственников имущества общего пользования, – решения членов товарищества о дарении имущества юридическом лицу.

Это тот необходимый документ, позволяющий подтвердить сделку отчуждения имущества общего пользования», – предположила адвокат.

«Я в своей деятельности сталкивалась с передачей от ЖСК, ТСН и СНТ объектов электросетевого хозяйства третьим лицам (сетевым организациям, иным участникам), однако вопрос решался путем составления договора купли-продажи за минимальную стоимость, что позволяло зарегистрировать переход права без замечаний регистрирующего органа», – рассказала Светлана Немчинова. В заключение она отметила, что поддерживает позицию ВС, поскольку он установил отсутствие оснований для приостановления регистрации, тем самым разъяснив, в том числе государственным органам, недопустимость произвольного трактования закона.    

Дарение между коммерческими организациями

Недавнее (хотя и прошлогоднее) обсуждение на zakon.ru Максима Баранова, в котором рассматривалось Определение ВС РФ от 1 декабря 2015 г. N 305-ЭС15-5505, послужило для меня поводом еще раз задуматься над вопросом о применении пп. 4 п. 1 ст. 575 ГК РФ и понимании п.

10 Информационного письма ВАС РФ от 30 октября 2007 г. N 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Информационное письмо ВАС РФ N 120).

Перед тем, как перейти к основной теме обсуждения, обращу внимание на некоторые косвенные, но важные моменты.

  • 1.1) Экономическая целесообразность цены, согласованной сторонами
  • Согласованная сторонами в договоре цена – это, с одной стороны, вопрос исключительно коммерческий. С другой же стороны, суды активно оценивают согласованную цену на соответствие ее рыночной и делают исходя из результатов оценки (а это так-то лишь установленная формальная истина) далекоидущие правовые выводы:
  • – Постановление Президиума ВАС РФ от 11 февраля 2014 г. N 13846/13: «Между тем условие договора, определяющее предоставление со стороны одного лица, существенно превышающее встречное предоставление или обычную рыночную цену, уплачиваемую в подобных случаях, может свидетельствовать о недобросовестном поведении, являющемся основанием для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ»;

– п. 11 Информационного письма ВАС РФ от 10 декабря 2013 г.

N 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации»: «В соответствии со статьей 179 ГК РФ к элементам состава, установленного для признания сделки недействительной как кабальной, относится заключение сделки на крайне невыгодных условиях, о чем может свидетельствовать, в частности, чрезмерное превышение цены договора относительно иных договоров такого вида»;

– п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 16 мая 2014 г.

N 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью»: «О наличии явного ущерба для общества свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке обществом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного обществом в пользу контрагента. При этом другая сторона должна знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было очевидно для любого обычного контрагента в момент заключения сделки».

Таким образом, сопоставление установленной судом рыночной цены с согласованной сторонами ценой (оценка эквивалентности встречных предоставлений) – это допустимая отправная точка для тех или иных правовых последствий.

1.2) Притворность и толкование договора

В силу п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, т.е. сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Следует отметить:

а) Недопустимость удвоения воли: притворность договора подразумевает не «рядовую» недействительность порочной сделки, а некое разъединение на прикрывающий (недействительный) и прикрываемый (действительный) договор. Однако иногда и прикрываемый договор тоже является недействительным (содержит тот или иной порок).

б) Цель сторон притворного договора – скрыть прикрываемый договор.

в) Изначально следует квалифицировать договор, и лишь потом можно обсуждать притворность.

Относительно «в»: на основании ч. 1 ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно ч. 2 ст. 431 ГК РФ если правила, содержащиеся в ч. 1 ст. 431 ГК РФ, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

  1. Следовательно, с точки зрения позитивного права толкование договора представляет собой следующий процесс (упрощенно):
  2. I) выясняется буквальное значение слов и выражений;
  3. II) если этого недостаточно, то выясняется действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

Это подтверждает и ВС РФ в Определении от 29 октября 2013 г.

N 5-КГ13-113: «При определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, суду необходимо применить правила толкования договора, установленные статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации. * Таким образом, основной способ толкования условий договора состоит в выяснении буквального значения содержащихся в договоре слов и выражений. * Соответственно использование другого способа толкования условий договора — выяснение действительной общей воли сторон с учетом цели договора — допустимо в том случае, если применение основного способа толкования не позволило определить содержание условий договора».

Читайте также:  Органы управления ТСЖ

«В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки» (Постановление Президиума ВАС РФ от 2 августа 2005 г. N 2601/05, п. 87 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г.

N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановление Пленума ВС РФ N 25). «Дополнительный» способ толкования (ч. 2 ст.

431 ГК РФ с точки зрения определения предмета договора) и выявление притворности договора весьма схожи, но смешивать их, на мой взгляд, не сто́ит.

Относительно «соглашений об уступке», цитата из п. 10 Информационного письма N 120: «не прикрывает ли соглашение об уступке права (требования) сделку дарения».

Соглашение об уступке требования – это универсальное название для разнообразных договоров, которые «двигают» требования, и некорректно говорить о притворности соглашения об уступке требования до того момента, пока не будет дана надлежащая квалификация соответствующему договору. К примеру, соглашение об уступке требования, которое буквально является договором дарения, странно было бы считать прикрывающим этот же договор дарения.

Обычное возмездное соглашение об уступке за определенную денежную сумму – это договор купли-продажи (п. 4 ст. 454 ГК РФ); соглашение о безвозмездной уступке – договор дарения (п. 1 ст. 572 ГК РФ). Можно допустить и «оплату требованием» оказываемых услуг (ст. 779 ГК РФ/ст. 421 ГК РФ), и т.п.

И следует разделять, когда: а) договор некорректно озаглавлен и (или) в нем что-либо некорректно сформулировано; и б) договор направлен на достижение других правовых последствий. Название договора, например, не предопределяет квалификацию договора:

– п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 26.06.2014 N 16 «О свободе договора»: «При оценке судом того, является ли договор непоименованным, принимается во внимание не его название, а предмет договора, действительное содержание прав и обязанностей сторон, распределение рисков и т.д.»;

– Постановление Президиума ВАС РФ от 19 ноября 2013 г. N 8668/13: «Квалификация договора определяется не названием, а его содержанием».

Случаи же, когда за притворной сделкой обнаруживается еще одна, тоже притворная (п. 88 Постановление Пленума ВС РФ N 25), – это вопрос чуть вне основного аспекта настоящего обсуждения.

2.1) Дарение между коммерческими организациями

В силу пп. 4 п. 1 ст. 575 ГК РФ в отношениях между коммерческими организациями не допускается дарение, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает трех тысяч рублей.

Толковать данный запрет можно по-разному: как запрет устанавливать в b2b договорах буквальную безвозмездность («цена: 0 руб.», скажем так), как запрет на безвозмездность исключительно в деятельности, направленной на систематическое получение прибыли, как запрет на возмутительно неэквивалентное встречное предоставление (т.е. явно или неявно его отсутствие, по сути).

При этом с недавних пор: презюмируется оспоримость сделок, нарушающих требования закона (п. 1 ст. 168 ГК РФ), оспоримые сделки могут быть оспорены только стороной сделки или лицом, указанным в законе (п. 2 ст.

166 ГК РФ), да и «заявление о недействительности сделки не имеет правового значения» (п. 5 ст. 166 ГК РФ, п. 1 ст. 431.1 ГК РФ).

Следовательно, на сегодняшний день такой запрет (который, вроде как, защищает интересы участников дарителя и кредиторов дарителя) имеет смысл исключительно в том случае, если мы признаем ничтожность такого дарения (п. 2 ст. 168 ГК РФ), т.к.

в случае ничтожности такие сделки может признать недействительными и участник (на основании закона – абз. 6 п. 1 ст. 65.2 ГК РФ), и кредитор (в соответствии с разъяснениями ВС РФ – абз. 2 п. 78 Постановления Пленума ВС РФ N 25). Иначе (при оспоримости) – недосягаемая и бессмысленная недействительность.

2.2) Безвозмездность и дарение

Согласно п. 3 ст. 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

  • В соответствии с разъяснениями ВАС РФ:
  • – «Суд кассационной инстанции не учел положений пункта 2 статьи 572 Кодекса, в силу которых обязательным признаком договора дарения должно служить вытекающее из соглашения о цессии очевидное намерение передать право в качестве дара» (Постановление ВАС РФ от 25 апреля 2006 г. N 13952/05);
  • – «В соответствии со статьей 572 Гражданского кодекса по договору дарения передача имущества осуществляется безвозмездно, при этом обязательным признаком договора является вытекающее из него очевидное намерение передать имущество в качестве дара» (Постановление ВАС РФ от 30 июня 2009 г. N 1566/09);

– «Таким образом, дарение имущества предполагает наличие волеизъявления дарителя, намеревающегося безвозмездно передать принадлежащее ему имущество иному лицу именно в качестве дара (с намерением облагодетельствовать одаряемого), а не по какому-либо другому основанию, вытекающему из экономических отношений сторон сделки * отсутствие прямого встречного предоставления является особенностью взаимоотношений основного и дочернего обществ, представляющих собой с экономической точки зрения единый хозяйствующий субъект * Учитывая подконтрольность общества концерну и общие цели их экономической деятельности, для реализации которых может возникать необходимость в перераспределении имущества (ресурсов) между основным и дочерним обществами, квалификация любых совершаемых между такими лицами сделок по передаче имущества без прямого встречного предоставления в качестве дарения является ошибочной» (собственно, безвозмездная передача имущества внутри холдинга не является дарением, Постановление ВАС РФ от 4 декабря 2012 г. N 8989/12).

3.1) Безвозмездность квазивозмездного: спорные ситуации

Если в b2b договоре явно предусмотрено «бесплатно/в качестве дара», вопросов особо не возникнет. Но есть некоторые тонкие, пограничные ситуации:

I) Лицо А продает Лицу Б некое имущество (объективно ликвидное и дорогое) за денежную сумму, которая близка к 0 (за 5 коп., например).

II) Лицо А продает Лицу Б некое имущество за денежную сумму, которая возмутительно ниже рыночной стоимости имущества. Т.е.

именно не математика за 2-й класс для юристов (вроде «в два или более раза»), а далее, например, будет пример с отчуждением исключительных прав на товарный знак за 3 000 руб.

при рыночной цене в 11 000 000 руб. (в ≈ 3666 раз ниже стоимости предоставления – это уже повод задуматься).

Ситуации I и II могут часто пересекаться.

III) Лицо А продает Лицу Б некое право кредитора по обязательству (требование) за денежную сумму, которая возмутительно выше рыночной стоимости права требования. Рафинированный пример: продажа объективно безнадежной дебиторки за несколько сотен миллионов рублей.

На мой взгляд, в таких ситуациях (особенно, если брать их яркие примеры) речь идет о банальных «схемах» и т.п.; если и допустить, что некие такие сделки могут быть экономически обоснованы, то это лишь мизерный процент от общего числа таких сделок.

И, кстати, абз. 3 п. 87 Постановления Пленума ВС РФ N 25: «Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила»; ВС РФ и на уровне постановления Пленума ВС РФ вполне допускает притворность при махинациях с ценой договора.

3.2) Безвозмездность квазивозмездного: судебная практика

«Безвозмездность квазивозмездного» в судебных актах встречается. При исследовании соответствующих актов зачастую между строк виднеется «десятка» (ст. 10 ГК РФ), а иногда судьи и прямо указывают на недобросовестность; т.е.

прямо или имплицитно появляется почва и для применения ст.ст. 10, 168 ГК РФ (п. 7 Постановления Пленума ВС РФ N 25).

В некоторых случаях вообще можно вспомнить о мнимости, тем более с учетом следующего подхода: «стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение» (п. 86 Постановления Пленума ВС РФ N 25).

Все эти тонкие, пограничные ситуации – непростой вопрос; абсолютные позиции здесь сомнительны. Поэтому нижеизложенная судебная практика не аксиоматичная, конечно же, а информационно-ознакомительного характера.

Итак:

– Постановление ФАС ЦО от 16 апреля 2014 г. по делу N А08-8252/2012: «Однако, факт оплаты стоимости проданных транспортных средств в момент заключения договора купли-продажи материалами дела подтвержден не был.

Делая вывод о притворности данной спорной сделки, суд кассационной инстанции исходит из того, что материалами дела подтверждается факт неисполнения сторонами в полном объеме обязательств, вытекающих из договора купли-продажи от 01.05.2012.

Истолковав вышеуказанный договор, проанализировав поведение сторон, а также учитывая наличие между сторонами близко-родственных отношений, кассационная инстанция приходит к выводу о необходимости опровержения презумпции возмездности сделки, поскольку стороны по сути, рассчитывали на безвозмездное отчуждение имущества в пользу ИП Деминой Н.Н. На основании изложенного суд считает, что данная сделка является притворной, фактически прикрывающей договор дарения»;

– Постановление ФАС СЗО от 12 мая 2014 г. по делу N А56-30518/2012: «Как видно из материалов дела, стоимость отчужденных по оспариваемому договору исключительных прав на товарные знаки «Проворный ткачик» и «Nimble weaver» составила 3000 руб. В то же время согласно представленному истцом отчету от 08.10.2012 N 246/12 стоимость указанных прав составляет 11 000 000 руб. (округленно).

Не соглашаясь с выводами, содержащимися в указанном отчете, ООО «Приоритет+» не представило доказательств того, что стоимость отчужденных исключительных прав на товарные знаки, установленная в оспариваемом договоре, соответствовала их рыночной стоимости, а также того, что в результате совершения оспариваемой сделки ООО «Максимум» получило экономическую выгоду.

При таком положении суды первой и апелляционной инстанций признали отчет от 08.10.2012 N 246/12 допустимым доказательством, подтверждающим рыночную стоимость исключительных прав на товарные знаки, являющихся предметом оспариваемого договора, и пришли к выводу о том, что указанный договор фактическим прикрывает сделку дарения.

С учетом того, что в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ в отношениях между коммерческими организациями, каковыми являются ООО «Максимум» и ООО «Приоритет+», дарение не допускается, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает трех тысяч рублей, а также учитывая, что исключительные права на спорные товарные знаки не могут быть отнесены к обычным подаркам, суды признали оспариваемый договор недействительным и применили последствия его недействительности»;

Читайте также:  Закупка по договору энергоснабжения или договору купли-продажи электрической энергии с гарантирующим поставщиком электрической энергии

Дарение между юридическими лицами ГК РФ

Время чтения 12 минут Спросить юриста быстрее. Это бесплатно! Размер шрифта: A+ | A−

Дарение между юридическими лицами относится к числу гражданско-правовых сделок. При отчуждении ценностей или имущественных прав стороны обязаны следовать ряду правил. Участникам необходимо придерживаться установленной формы, помнить о требованиях к содержанию, учитывать интересы третьих лиц. Пренебрежение ограничениями грозит недействительностью соглашений.

Статья 575 ГК РФ ограничивает право на заключение безвозмездных сделок. Норма направлена на пресечение взяточничества, уклонения от налогов и иных злоупотреблений. Требование также препятствует реализации схем фиктивного и преднамеренного банкротства.

Запрет дарения между коммерческими организациями категоричен. Пренебрежение им грозит ничтожностью соглашений. Договоры не породят правовых последствий, не повлекут перехода прав на ценности.

Кредиторы дарителя-должника получат возможность истребовать имущество для обращения на него взыскания (ст. 167 ГК РФ). Запрет распространяется на большинство сделок, не имеющих встречного исполнения. Замаскировать дарение, например, займом с последующим прощением долга не получится.

Сделку переквалифицируют и признают ничтожной (Информационное письмо ВАС РФ № 104 от 21.12.05).

Исключение составляют подарки стоимостью не более 3000 рублей. Такие презенты широко распространены в деловой практике. Ярким примером является вручение контрагенту сувениров с фирменной символикой (календари, ручки, блокноты). Этот способ используется бизнесменами в борьбе за лояльность клиентов.

Легальный обход ограничений

Существует ряд случаев, когда запрет дарения не применяется к отношениям юридических лиц. Все они получили закрепление в нормативных актах или судебной практике.

Общее описание Правовое обоснование
Разный статус Запрет безвозмездных сделок действует лишь в отношении коммерческих объединений. Перечень таких лиц содержится в ст. 50 ГК РФ. В целях извлечения прибыли создаются хозяйственные товарищества, партнерства и общества, крестьянские хозяйства, производственные кооперативы, унитарные предприятия (муниципальные или государственные). Если получение дохода не является основной целью, организация учреждается в форме фонда, ассоциации, политической партии, общественного движения и т.д. Сделка с такими участниками не попадет под запрет. Так, безвозмездное соглашение между ООО и благотворительным фондом будет действительным при любой стоимости.
Отношения между материнской и дочерней компаниями Учредители-организации могут бесплатно передавать имущество вновь образованным предприятиям. К такому выводу пришел ВАС РФ в постановлении № 8989/12 от 04.12.12 года. Высшая инстанция опиралась в своих выводах на законы 208-ФЗ и 14-ФЗ. Согласно нормативным актам вклады в уставные капиталы обществ не признаются дарением. При этом встречного исполнения учредители не получают. В обмен на взносы они приобретают права управления фирмой и дивиденды.
Установление символической платы Стороны свободны в определении цены договора. Если при заключении соглашения участники оговорят хотя бы минимальное вознаграждение, оспорить сделку будет сложно. При рассмотрении дел служители Фемиды исходят из принципа диспозитивности. Партнеры самостоятельно устанавливают цены. При этом указания об эквивалентности оплаты в законе нет. Стоимость может быть ниже фактической. Давать экономическое обоснование операций стороны не обязаны. К такому выводу пришел, например, Московский окружной ФАС в постановлении № КГ-А40-1229/08. От этого правила отступают, если в действиях партнеров имеются признаки злоупотребления. Использовать механизм не удастся, например, банкротам. Если сделка приводит к ущемлению интересов кредиторов, ее могут оспорить со ссылкой на неравноценность (Определение ВС РФ № 3030-ЭС15-11427(1)).

Отметим, что отсутствие в договоре условия о цене автоматически не делает его безвозмездным. Если содержание сделки подразумевает вознаграждение, но не содержит точного размера, стоимость вещей, прав, работ или услуг определяется по рыночным ставкам (ст. 424 ГК РФ, постановление ВС и ВАС РФ № 6/8 от 01.07.1996).

Дарение всегда сопряжено с намерением передать ценности без встречного исполнения. Оценка истинного смысла отношений становится ключевым вопросом в делах о переквалификации.

Договор дарения между юридическими лицами

Правила заключения соглашения регламентируются положениями главы 32 ГК РФ. Статья 574 Кодекса обязывает составлять документ в письменной форме. Существенным условием сделки является предмет. Кроме того, в договоре дарения между юридическими лицами должен быть прописан пункт о бесплатности.

Если предметом сделки является недвижимость, переход права регистрируется по правилам закона 218-ФЗ от 13.07.15 года. Нотариального удостоверения дарственная не требует. Исключений немного. Посетить нотариуса придется в случае безвозмездной передачи вклада в уставном капитале общества или отчуждении долей в праве на недвижимость.

Несоблюдение требований к форме и содержанию влекут ничтожность договора (ст. 166 ГК РФ). Такие сделки не порождают юридических последствий. Прав на передаваемые ценности у одаряемой организации не возникает. Предъявить иск о ничтожности могут заинтересованные лица, например, кредиторы. Требование выдвигается в пределах исковой давности – 3 года.

Если основные условия соблюдены, но суть соглашения нарушает чьи-то права, встает вопрос об оспоримости. Лица, интересы которых были ущемлены, вправе настаивать на недействительности дарения. Срок давности составляет 1 год.

Исчислять его начинают с момента получения информации о противоправной сделке. Отличием оспоримых соглашений является необходимость доказывания недействительности в суде. Во внимание принимаются обстоятельства и смысл хозяйственных операций.

Ничтожные сделки признаются таковыми в силу закона.

Наиболее распространенными причинами оспаривания договоров являются нарушение ст. 576 ГК РФ. Основанием становится выход дарителя за рамки полномочий.

Так, распоряжаться имуществом могут организации, получившие его на праве хозяйственного ведения либо оперативного управления. Однако на такие действия необходимо получать письменное согласие собственника. Кроме того, полномочие нередко ограничивается законом. Нарушение не влечет ничтожности сделок, но делает их оспоримыми.

Возможность обжалования появляется и при дарении совместной собственности. При подписании соглашений участникам необходимо заручиться одобрением всех законных владельцев имущества. В противном случае передача ценностей будет оспорена в суде.

Особую процедуру нужно соблюдать при безвозмездной уступке прав требования или переводе долга. В этих случаях сторонам следует помнить о содержании ст. 313, 382 – 386, 388 – 389, 391 – 392 ГК РФ. Одобрение учредителей юридическому лицу требуется  при совершении крупных сделок. Перечень оснований оспаривания остается открытым.

«Оспаривание дарственной как притворной сделки»

Налоговые последствия дарения между юридическими лицами

Имущество, полученное организацией безвозмездно, признается доходом. Компании на общей системе налогообложения должны включать стоимость презентов в состав прибыли. Соответствующее правило закреплено ст. 250 НК РФ.

Аналогичный принцип применяется и плательщиками специальных режимов. Оценка производится по рыночным показателям.

Если речь идет об амортизируемых активах, стоимость не должна быть ниже остаточной (разъяснения Минфина РФ № 03-01-18/08-162).

Даритель не вправе учитывать расходы по сделке в составе коммерческих издержек. Такие затраты не уменьшают налоговые обязательства. При этом в ходе передачи на стоимость презента начисляется НДС. Операция попадает под действие ст. 146 НК РФ. Выделить налог следует в счете-фактуре.

Дарение как форма благотворительной деятельности

Далеко не каждая безвозмездная сделка является пожертвованием. Официальное определение термину дает ст. 582 ГК РФ. Законодатель понимает под таковым дарение в общеполезных целях. Юридическое лицо вправе жертвовать деньги и прочие ценности:

  1. медицинским учреждениям и центрам;
  2. объединениям социальной направленности;
  3. благотворительным фондам;
  4. организациям науки, спорта или культуры;
  5. музеям;
  6. религиозным и политическим формированиям, а также прочим образованиям некоммерческой направленности.

Благотворительностью может считаться бесплатное проведение работ, оказание услуг, исполнение обязательства за должника или уступка имущественных прав. Получать разрешения у государственных органов на совершение сделок не нужно. При заключении договора между юридическими лицами может быть установлена цель пожертвования.

В этом случае принимающая сторона обязана организовать обособленный учет актива и операций с ним. Дарение в контексте благотворительной деятельности регулируется законом 135-ФЗ от 11.08.95 года. Получатели целевой поддержки и финансирования не платят налогов. Доходом такие поступления не признаются.

На федеральном уровне налоговых льгот для благотворителей не предусмотрено. Расходы по таким сделкам не принимаются в расчет при обложении прибыли, их нельзя включать в состав коммерческих затрат. Впрочем, преференции разрешено устанавливать региональными законами. Субъекты РФ могут снижать ставку по налогу на прибыль для отдельных категорий плательщиков.

А вот начислять НДС на стоимость переданных благотворителями ценностей не нужно. Освобождение закреплено п.п.12 части 3 ст. 149 НК РФ. Исключения составляют случаи дарения подакцизных товаров. Не облагаются налогом и денежные переводы. Подтверждением права на льготу являются договор пожертвования и передаточный акт.

Таким образом, юридические лица вправе заключать договоры дарения, если один из участников не является коммерческим объединением. Соглашение оформляется в письменном виде с учетом требований к существенным условиям. Нарушение прямого законодательного запрета влечет ничтожность сделки. Права на имущество или деньги у получателя не возникают.

Легально обойти ограничение можно всего несколькими путями. Запрет не распространяется на соглашения между материнскими и дочерними компаниями, а также не действуют при заключении контрактов с условием о вознаграждении или встречном исполнении. Однако использовать такие схемы в целях сокрытия активов или вывода их из-под взыскания не получится.

Обманутые кредиторы обязательно попытаются оспорить операции в суде.