Правила

Виндикация ценных бумаг

Являясь бездокументарными именными ценными бумагами, акции имеют особую ценность для своих владельцев в силу предоставления им большого объема имущественных, неимущественных и корпоративных прав.

По этой же причине акции нередко становятся объектом гражданско-правовых сделок, которые впоследствии оспариваются одной из сторон сделки по тем или иным основаниям.

Проблема защиты прав владельцев бездокументарных именных ценных бумаг в настоящее время чрезвычайно актуальна в силу развития гражданского оборота и значительного объема сделок с акциями.

Нарушение прав и законных интересов акционеров происходит в результате отчуждения ценных бумаг помимо воли их владельцев третьим лицам. В результате такого отчуждения акционер утрачивает не только сам объект гражданских прав (акции), но и возможность реализовывать те права, которые удостоверены ценными бумагами.

Основным способом защиты нарушенных прав акционера при выбытии акций из его владения помимо воли является предъявление иска в установленном порядке. Однако на практике оказалось непростой задачей формулирование надлежащим образом исковых требований.

Восстановление корпоративного контроля как способ защиты прав акционеров

До вступления в силу новой редакции Гражданского кодекса РФ судебная практика не сформировала единой позиции относительно конкретных механизмов, с помощью которых могут быть защищены права акционеров при выбытии ценных бумаг из их владения.

Применение классического виндикационного иска (истребование имущества из чужого незаконного владения) было осложнено специфической правовой природой акций, которая не позволяла провести точную идентификацию имущества, подлежащего истребованию.

Акции, обладая бездокументарной электронной формой, не могут идентифицированы иным способом кроме государственного номера, присвоенного выпуску в целом. Следовательно, «внутри» одного выпуска невозможно провести выделение и идентификацию какой-либо части акций.

Именно указанный аспект не позволял судам виндицировать акции, выбывшие помимо воли их владельца.

Суду при рассмотрении требования о виндикации ценных бумаг надлежало установить нахождение точного количества спорных акций у конкретного ответчика, что с учетом изложенного было весьма затруднительно, особенно если в процессе совершения гражданско-правовых сделок спорный пакет ценных бумаг был смешан с прочими акциями того же эмитента.

Первым шагом в решении данной проблемы стало Постановление Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 3 июня 2008 г. по делу № А14-14857/2004, в котором была сформулирована идея создания и применения арбитражными судами концепции восстановления корпоративного контроля.

Суд в указанном постановлении пришел к выводу о том, что фактически заявленное требование истца содержит просьбу о восстановлении его нарушенного права на корпоративный контроль над хозяйственным обществом посредством присуждения соответствующей доли участия в уставном капитале данного общества.

Указанная концепция позволила арбитражным судам определить правовое существо требований акционеров и применить тот способ защиты их прав, который наиболее эффективен.

Акционер, утративший пакет ценных бумаг помимо своей воли, получил право предъявить соответствующие требования к самому акционерному обществу, которое в свою очередь при установлении судом конкретных фактических обстоятельств выбытия имущества обязано восстановить утраченный объем корпоративного контроля истцу.

Восстановление корпоративного контроля предыдущего владельца спорного пакета на практике осуществлялось путем соразмерного уменьшения пакета акций тех владельцев, которые владели спорными бумагами на момент предъявления требования.

При этом нередко возмещение утраченной части пакета новым владельцам производилось в денежном эквиваленте в случае их добросовестности.

Нерешенным, впрочем, оставался вопрос о компенсации утраченных неимущественных и корпоративных прав таких акционеров.

Современное правовое регулирование и судебная практика относительно виндикации бездокументарных именных ценных бумаг

Новая редакция Гражданского кодекса РФ не обошла стороной проблему защиты прав владельцев бездокументарных именных ценных бумаг. Так, ст. 149.

3 ГК РФ гласит, что правообладатель, со счета которого были неправомерно списаны бездокументарные ценные бумаги, вправе требовать от лица, на счет которого ценные бумаги были зачислены, возврата такого же количества соответствующих ценных бумаг.

При этом, если бездокументарные ценные бумаги, которые правообладатель вправе истребовать, были конвертированы в другие ценные бумаги, правообладатель вправе истребовать те ценные бумаги, в которые были конвертированы ценные бумаги, списанные с его счета.

В части компенсации истребуемого пакета акций у их текущего владельца действуют нормы п. 3 ст. 65.2 ГК РФ, которые продолжают логику концепции восстановления корпоративного контроля.

Участник коммерческой корпорации, утративший помимо своей воли в результате неправомерных действий других участников или третьих лиц права участия в ней, вправе требовать возвращения ему доли участия, перешедшей к иным лицам, с выплатой им справедливой компенсации, определяемой судом, а также возмещения убытков за счет лиц, виновных в утрате доли.

При этом законодатель не указывает, производится ли возмещение доли участнику, получившему спорный пакет участия недобросовестными действиями. Представляется, что такое возмещение в этом случае будет необоснованным. Не разрешает законодатель и вопрос компенсации утраченных неимущественных и корпоративных прав (права на управление обществом) добросовестному приобретателю спорных акций.

Конкретным правовым способом истребования ценных бумаг при их выбытии помимо воли владельца остается виндикационный иск, который в случае с ценными бумагами обладает рядом специфических особенностей, необходимых для его удовлетворения.

Основные условия удовлетворения иска об истребовании акций из чужого незаконного владения

Основным обстоятельством, подлежащим доказыванию, является выбытие спорного пакета бездокументарных ценных бумаг из владения акционера (истца) помимо его воли. Пунктом 10 Информационного письма Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 13 ноября 2008 г. № 126 разъяснено, что выбытие имущества из владения того или иного лица является следствием конкретных фактических обстоятельств.

Если имущество выбывает из владения лица в результате похищения, утери, действия сил природы, то имущество признается выбывшим из владения собственника помимо его воли (п. 1 ст. 302 ГК РФ).

Следовательно, при разрешении судом спора об истребовании акций из чужого незаконного владения истцу надлежит доказать тот факт, что бездокументарные именные ценные бумаги выбыли из его владения помимо его воли.

На практике доказательством такого выбытия может служить следующее: приговор по уголовному делу, в ходе которого установлен факт хищения ценных бумаг у владельца[1]; признание сделки по отчуждению ценных бумаг незаключенной[2] и пр.

В случае непредоставления суду достаточных доказательств выбытия спорного имущества из своего владения истец несет риск наступления негативных последствий (отказ в удовлетворении исковых требований)[3].

Другим обязательным условием для удовлетворения виндикационного иска является возможность достоверно установить, что истребуемое имущество находится у ответчика.

Как уже было указано, в отношении акций, которые не имеют материальной формы, такое установление бывает осложнено смешением спорного пакета с акциями того же эмитента.

Такое смешение может происходить в результате совершения нескольких сделок по приобретению и отчуждению ценных бумаг.

При невозможности установить конкретное количество спорных акций у каждого из ответчиков истцы нередко предлагают применить подход пропорционального истребования акций.

При таком подходе между всеми ответчиками распределяются негативные последствия в виде истребования части пакета ценных бумаг соразмерно их объему корпоративного контроля.

Однако такой подход обоснованно зачастую отклоняется судами[4].

При таком подходе истцу надлежит восстановить всю цепочку совершенных сделок с выбывшими из его владения акциями для подтверждения довода о том, что именно у ответчиков находится спорный пакет ценных бумаг.

Помимо этого истец должен доказать, что каждый из ответчиков обладает именно указанным количеством спорных ценных бумаг.

При этом, если кто-то из ответчиков, например, владеет лишь одной акцией эмитента, то такая акция может быть либо целиком спорной, либо целиком бесспорной, что исключает возможность применения пропорционального истребования.

Обстоятельства, дополнительно входящие в предмет доказывания по спорам об истребовании акций

Следует также обратить внимание на обстоятельства, которые помимо указанных выше входят в предмет доказывания по виндикационным искам акционеров.

В частности, суд может принять во внимание доказательства недобросовестного поведения ответчиков в отношении спорного имущества.

Примером такой недобросовестности может стать приобретение ценных бумаг ответчиком в то время, когда в их отношении уже существовал спор.

Заниженная стоимость спорных ценных бумаг при их приобретении ответчиком или безвозмездный характер сделки также являются доказательствами недобросовестного поведения нынешнего владельца спорного пакета акций.

В том случае если ответчиками выступают иностранные лица (особенно если речь идет об офшорных компаниях), судом может быть поставлен вопрос о «снятии корпоративной вуали». При этом к материалам дела должны быть приобщены сведения о конечных бенефициарах юридических лиц, которые являются владельцами спорных акций.

Так, если судом при рассмотрении дела будет установлено, что сделки по отчуждению спорных ценных бумаг производились не в ходе обычной хозяйственной деятельности общества и между юридическими лицами, у которых общие бенефициары, то велика вероятность признания реальной целью таких сделок нанесение вреда правам акционера, из чьего владения выбыли спорные акции.

Выводы

Современное законодательство Российской Федерации и сложившаяся судебная практика признают виндикационный иск наиболее эффективным способом восстановления нарушенных прав владельца бездокументарных именных ценных бумаг, утратившего свое имущество помимо воли. При этом специфическая правовая природа акций (отсутствие материальной формы и способов идентификации, возможность смешения акций) оказывают значительное влияние на обстоятельства, входящие в предмет доказывания по такой категории споров.

Истцу при предъявлении иска об истребовании акций из чужого незаконного владения надлежит доказать факт выбытия акций из его владения помимо воли, а также нахождение спорного пакета акций у ответчика (ответчиков).

Дополнительно истец может представить суду сведения о том, что бенефициарами ответчиков являются одни и те же лица, а также иные доказательства недобросовестности поведения текущих владельцев спорных ценных бумаг.

В том случае если истец не обладает достаточными доказательствами для подтверждения любого из двух основных элементов виндикационного иска (выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и нахождение спорного имущества у ответчика), риск отказа судом в удовлетворении заявленного иска весьма значителен.

Читайте также:  Стоимость акций по чистым активам

Виндикация ценных бумаг: вопросы теории и практики

добавлено: 10-10-2008 просмотров: 16266

В последнее время весьма остро встает вопрос о способах защиты нарушенных прав собственников, владеющих ценными бумагами, выпущенными в бездокументарной форме, и о возможности применения к ним в процессе судебной защиты такого вещного института гражданского права, как институт виндикации, т.е. возможности истребования бездокументарных ценных бумаг из незаконного владения.

Попробуем разобраться, что такое бездокументарные ценные бумаги, кто может являться их собственником, какие имеются способы защиты при нарушении данного права, что говорит нам об этом теория и по какому пути идет судебная практика.

Бездокументарные ценные бумаги. Понятие

  • Cамое первое, с чем нужно разобраться, – это непосредственно с самим объектом, права собственности на который могут быть нарушены.
  • Итак, что же такое ценная бумага, выпущенная в бездокументарной форме?
  • Для ответа на этот вопрос обратимся к положениям гражданского законодательства.

Так, согласно ст.

149 ГК РФ лицом, имеющим специальную лицензию, в случаях и порядке, определенных законом, может производиться фиксация прав, в том числе в бездокументарной форме (с помощью средств электронно-вычислительной техники и т.п.).

К такой форме фиксации прав применяются правила, установленные для ценных бумаг, если иное не вытекает из особенностей фиксации.

При этом согласно п. 2 ст. 149 ГК РФ операции с бездокументарными ценными бумагами могут совершаться только при обращении к лицу, которое официально совершает записи прав.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 22.04.96 N 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее – Закон N 39-ФЗ) под бездокументарной формой эмиссионных ценных бумаг понимается такая форма, при которой владелец устанавливается на основании записи в реестре владельцев ценных бумаг или в случае депонирования ценных бумаг – на основании записи по счету депо.

Именно подобным образом происходит фиксация права владельцев бездокументарных ценных бумаг (п. 2 ст. 28 Закона N 39-ФЗ).

У кого возникают проблемы с «потерей» бездокументарных ценных бумаг

Положениями ст. 16 Закона N 39-ФЗ определены виды и форма эмиссионных ценных бумаг, которые могут быть именными или на предъявителя.

Именные эмиссионные ценные бумаги могут выпускаться только в бездокументарной форме, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами.

В пункте 2 ст. 25 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об АО) зафиксировано, что все акции общества являются именными. При этом Законом об АО не установлена возможность выпуска акций общества в документарной форме.

Из этого можно сделать главный вывод: именно акционер и будет в первую очередь тем самым лицом, чьи права будут нарушены в результате неправомерных действий с принадлежащими ему акциями.

Бездокументарные бумаги согласно ст. 149 ГК РФ являются объектами гражданских прав наряду с иными объектами гражданских прав, перечисленными в ст. 128 ГК РФ.

А значит, собственник ценных бумаг, в том числе и бездокументарных, обладает в отношении их полным абсолютным правом и имеет основанный на законе интерес в его сохранении.

Так кто же может осуществлять учет прав на акции? Ответим.

1. Непосредственно акционерное общество, являющееся эмитентом акций, в том случае, когда оно является и держателем реестра акционеров (п. 3 ст. 44 Закона об АО).

2. Регистратор – держатель реестра, т.е. лицо, осуществляющие деятельность по ведению реестра владельцев ценных бумаг (п. 1 ст. 8 Закона N 39-ФЗ). Учет осуществляется им либо в силу прямого указания Закона об АО (абз. 2 п. 3 ст. 44), либо по волеизъявлению общества.

3. Депозитарий – профессиональный участник рынка ценных бумаг, осуществляющий депозитарную деятельность, т.е. оказывающий услуги по хранению сертификатов ценных бумаг и/или учету и переходу прав на ценные бумаги (ст. 7 Закона N 39-ФЗ). При этом совершать запись о переходе права на акции депозитарий может лично, а также привлекая на основании соглашения к этому процессу других депозитариев.

Таким образом, выявить из всей этой цепочки того, кто будет отвечать в случае, если права держателя акций будут нарушены, весьма затруднительно.

Каким же образом происходит выбытие бездокументарных ценных бумаг, а именно акций, из законного владения акционеров?

Как уже было отмечено выше, права на бездокументарную акцию возникают при обращении к лицу, которое официально совершает записи прав (п. 2 ст. 149 ГК РФ), т.е. путем внесения записи в реестр акционеров.

При выбытии акций из владения акционеров фактически происходит списание ценных бумаг из реестра при предъявлении требования лицом, не являющимся легитимным владельцем.

При этом серьезной проблемой у собственника акций, чьи права нарушены, является идентификация принадлежащих ему акций.

Так, согласно ст. 2 Закона N 39-ФЗ единый государственный номер присваивается всему выпуску эмиссионных ценных бумаг, т.е. совокупности всех ценных бумаг одного эмитента, предоставляющих одинаковый объем прав их владельцам и имеющих одинаковую номинальную стоимость.

Таким образом, идентифицировать акции одного выпуска можно только по номеру выпуска. Индивидуальная идентификация каждой акции выпуска законодателем не предусмотрена.

А это значит, что с помощью номера выпуска достаточно сложно разграничить и отделить части выпуска бездокументарных акций, он не является тем самым индивидуализирующим признаком.

Ситуация, когда происходит незаконное дробление пакета акций и из владения собственника выпадает, например, лишь часть акций, весьма нередка. Это фактически и есть один из основных способов корпоративного захвата.

И все же, если право нарушено и владелец лишился своих акций, то он, несомненно, захочет вернуть их обратно. Каким образом он сможет защитить свое право?

Вариантов, которые может выбрать акционер для защиты своего права, не так уж и много.

Среди вариантов в первую очередь выделяют следующие:

  • виндикационный иск;
  • иск о признании сделки недействительной;
  • иск о возмещении вреда в денежной форме;
  • реституция;
  • обязание регистратора внести запись в реестр акционеров и др.

Одним из наиболее распространенных в последнее время способов защиты становится истребование акционером из незаконного владения акций, которые в большинстве своем в момент, когда лицо обнаружило их утрату и решило «бороться», находятся у добросовестного приобретателя.

Мы попытаемся разобраться, возможно ли применение к подобным нарушенным правоотношениям виндикационного иска.

Что говорит теория

  1. Споры по данному вопросу не утихают.
  2. Одна часть специалистов в своих работах допускает применение виндикации к бездокументарным ценным бумагам, другая – относится к этому резко отрицательно.
  3. Попробуем разобраться в аргументах обеих сторон.

  4. Сначала посмотрим на позицию тех, кто не признает возможность применения к восстановлению нарушенного права в области бездокументарных ценных бумаг такого института, как виндикация.

Эта позиция основывается на положениях классической римской цивилистики о правах вещных и обязательственных, опираясь на которые, нельзя и думать о том, чтобы применить режим вещных прав на бездокументарные ценные бумаги.

Ведь именно отнесение того или иного имущества к вещам предполагает вещно-правовые способы защиты, одним из которых и является виндикация.

Например, Е. Суханов в статье «Акционерные общества и другие юридические лица в новом гражданском законодательстве» (Хозяйство и право. 1997.

N 1) высказывает мнение о том, что акционерные общества в действительности не осуществляют эмиссию ценных бумаг в документарной форме: «в этих случаях акций как ценных бумаг просто не существует, а имеется та или иная форма учета прав акционеров (в том числе “бездокументарная” – в виде записей в компьютере, являющаяся в соответствии со ст.

149 ГК не “ценной бумагой”, а способом фиксации прав)». Поэтому, по его мнению, бездокументарная ценная бумага не является вещью и по ее поводу могут складываться только обязательственно-правовые, а не вещно-правовые отношения.

В развитие этой мысли можно привести размышления А. Эрдлеевского, высказанные им в работе «О некоторых вопросах защиты права собственности» (см. СПС «КонсультантПлюс»).

К бездокументарным ценным бумагам нельзя применить ни понятие «владение», ни такой способ его защиты, определенный ст. 302 ГК РФ, как виндикационный иск. Это невозможно, по мнению ученого, в силу их нематериального характера.

А значит, к ним нельзя применить и такое понятие, как утрата владения.

Кроме того, приверженцы данной позиции считают, что особенность фиксации прав на бездокументарные ценные бумаги не позволяет осуществлять в отношении их одно из вещных прав, входящее в триаду прав собственника (ст. 209 ГК РФ), – правомочие владения.

Ведь под правомочием владения принято понимать основанную на законе возможность иметь у себя объект гражданского права, содержать его в своем хозяйстве, а иметь в своем хозяйстве бездокументарную ценную бумагу невозможно.

Утратить владение бездокументарной ценной бумагой невозможно, так же как ее утерять или похитить.

Таким образом, по мнению ведущих ученых-теоретиков, истребовать бездокументарные акции из незаконного владения, т.е. применить к ним виндикацию, нельзя на основании того, что бездокументарная акция не является вещью, т.е. не является осязаемым материальным предметом, а представляет собой способ фиксации прав.

А раз так, то к ней нельзя применить такое правомочие, как владение, а соответственно ее нельзя и утратить. Следовательно, и применить к ним виндикацию нельзя, а в качестве способов защиты возможно применение положений главы 25 «Ответственность за нарушение обязательств» ГК РФ, например иск о возмещении убытков.

Но что же получается: у акционера отсутствует вещное право на бездокументарную акцию?

Еще раз подчеркнем, что непосредственно ст. 128 ГК РФ ценные бумаги отнесены к вещам и никакого исключения из этого общего правила ни ст. 128, ни ст. 149 ГК РФ в отношении бездокументарных ценных бумаг не сделано. Из категории вещей они не исключены.

Читайте также:  Анализ штатного расписания

Именно на этом основывается другая позиция специалистов и ученых, считающих, что истребовать из незаконного владения бездокументарные акции возможно.

Гражданское законодательство напрямую запрещает истребовать от добросовестного приобретателя только деньги и ценные бумаги (п. 3 ст. 302 ГК РФ), а значит, именные ценные бумаги (акции) можно истребовать из чужого незаконного владения, так как закон не содержит запретов и изъятий по данному вопросу.

Такой позиции придерживается, в частности, Г. Шапкина (см. ее статью «Некоторые вопросы применения корпоративного законодательства» //Вестник ВАС РФ. 1999. N 5).

По ее мнению, все же нельзя однозначно говорить о предмете, не имеющем материальной формы, как о вещи. Здесь речь может идти о применении в соответствии с законом определенных правовых институтов, рассчитанных на одни ситуации при иных обстоятельствах, в том случае, если признается, что заложенный в них правовой механизм пригоден и может быть достаточно эффективным в новых условиях.

Кроме того, есть мнение, что перевод бездокументарных ценных бумаг со счета на счет возможно приравнять к реальной передаче традиционных ценных бумаг (см. Ефимова Л.Г. Банковские сделки (актуальные проблемы): дис. … д-ра юр. наук. – М.: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, 2000).

В целом можно отметить, что специалисты, придерживающиеся данного подхода, пытаются различными способами доказать, что бездокументарные ценные бумаги также являются вещью, а следовательно, к их защите можно применять те же способы, что применяются при защите иных вещей, в частности истребовать их из незаконного владения, т.е. виндицировать.

Проблемы виндикации ценных бумаг

Согласно ст. 147.1 ГК РФ допускается истребование из чужого незаконного владения документарных ценных бумаг. Применение виндикации предусмотрено в ст. 301 ГК РФ, в которой предусмотрено, что собственник может истребовать свое имущество из чужого незаконного владения).

Виндикация характеризуется как требование не владеющего вещью собственника к незаконно владеющему ею несобственнику об истребовании вещи из чужого незаконного владения. Но такое определение может быть использовано и тогда, когда несобственник истребует имущество у собственника (учреждение вправе истребовать имущество, незаконно изъятое у него собственником).

Виндикация является мерой принуждения, направленной на восстановление субъективного права собственности потерпевшего лица. Это достигается путем исполнения субъективной обязанности возвратить вещь, которая возникла в силу охранительного виндикационного правоотношения. При этом лицо не несет дополнительных имущественных потерь, характерных для ответственности.

Условием применения данной меры принуждения является только противоправность. Применительно к виндикации она выражается в незаконном владении чужой вещью.

Для виндицирования имущества необходимо: 1) чтобы собственник фактически утратил владение вещью; 2) чтобы владение этой вещью несобственником было незаконно; 3) чтобы утраченная вещь была индивидуально-определенной .

Несколько по-иному формулирует условия М.Я.

Кириллова: а) право собственности конкретного субъекта нарушено; б) имущество собственника выбыло из его владения; в) имущество (вещь) находится в фактическом (беститульном) владении несобственника; г) несобственник является незаконным владельцем .

Использование данной меры не зависит от наличия убытков, вины и причинной связи, которые являются условиями применения ответственности в гражданском праве.

Необходимо лишь противоправное поведение, которое характеризуется нарушением субъективного права собственности и норм гражданского права.

Эти обстоятельства свидетельствуют о том, что рассматриваемая мера по юридической природе относится к мерам защиты.

Считается, что при истребовании из чужого незаконного владения документарных ценных бумаг также необходимо доказать указанные выше факты применения виндикации.

Но не могут быть истребованы от добросовестного приобретателя предъявительские ценные бумаги независимо от того, какое право они удостоверяют, а также ордерные и именные ценные бумаги, которые удостоверяют денежное требование.

В таком случае предметом защиты является неиндивидуально-определенная вещь, что является препятствием для виндикации. Имущественные потери возможно компенсировать с помощью иных способов защиты гражданских прав, например с помощью возмещения убытков (ст. 12 ГК РФ).

В отличие от виндикации вещей право на истребование документарных ценных бумаг из чужого незаконного владения имеет лицо, которое на момент, когда ценные бумаги выбыли из его владения, было их законным владельцем.

Важное значение при реализации данной меры имеет возмездность или безвозмездность приобретения вещи. При возмездном приобретении вещи виндикация может быть применена к неуправомоченному отчуждателю.

При возмездном приобретении имеет значение установление добросовестности или недобросовестности выбытия имущества (по воле собственника или нет).

В законе предусмотрено, что если приобретатель возмездно приобрел имущество у лица, которое не имело право его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать, — это добросовестный приобретатель, тогда собственник может потребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество потеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, или похищено у того или другого, или выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Однако обладатель прав на ценную бумагу, который утратил ее в результате неправомерных действий, вправе потребовать ценную бумагу от лица, приобретшего ее у третьего лица, причем независимо от того, является ли такое третье лицо добросовестным или недобросовестным приобретателем либо признается законным ее владельцем; возврата данной ценной бумаги или возмещения ее рыночной стоимости, если указанный приобретатель, от которого истребуется ценная бумага, своими обманными или другими противоправными действиями способствовал утрате прав законного владельца на ценную бумагу либо в качестве предшествующего владельца знал или должен был знать о наличии прав третьих лиц на ценную бумагу.

Кроме того, в целях наиболее полной защиты (восстановления) имущественного положения потерпевшего субъект, которому документарная ценная бумага была возвращена из чужого незаконного владения, может потребовать от недобросовестного владельца возврата всего полученного дохода по ценной бумаге, а также возмещения убытков, а от добросовестного владельца — возврата всех полученных выгод по ценной бумаге со времени, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности владения ею либо получил из судебных органов уведомление о предъявлении к нему иска об истребовании такой ценной бумаги.

В.В. Витрянский по этому поводу писал, что смысл возмещения убытков состоит в том, что в результате применения этой меры ответственности имущество кредитора должно оказаться в том положении, в каком оно находилось бы в случае, если бы должник исполнил обязательство надлежащим образом .

———————————

Витрянский В.В. Проектируемые новые общие положения об обязательствах // Актуальные проблемы частного права / Отв. ред. Б.М. Гонгало, В.С. Ем. М.: Статут, 2014. С. 50 — 60.

В случае если незаконный владелец воспользовался предоставленной ценной бумагой преимущественной возможностью приобретения какого-либо имущества, тогда лицо, которому документарная ценная бумага была возвращена из незаконного владения, может потребовать от такого владельца передачи ему приобретенного имущества. Но при этом он возмещает его стоимость по цене приобретения указанного имущества незаконным владельцем. От недобросовестного владельца он вправе потребовать возмещения убытков.

Защита прав на бездокументарные ценные бумаги осуществляется несколько по-другому.

По общему правилу правообладатель, у которого были неправомерно списаны бездокументарные ценные бумаги со счета, вправе потребовать от лица, на счет которого эти ценные бумаги были зачислены, возврата аналогичного количества соответствующих ценных бумаг. Данное требование хотя и имеет фамильные общие черты с виндикацией, но формально таковой не является.

По смыслу положений ст. 301 ГК РФ объектом виндикационного иска может быть вещь, т.е. объект материального мира. Акции и другие бездокументарные ценные бумаги не являются вещью, а представляет собой идеальный (нематериальный) объект. В связи с этим положения ст.

301 ГК РФ не предполагают возможность предъявления виндикационного иска об истребовании акций и иных бездокументарных ценных бумаг .

Вместе с тем с целью защиты прав владельцев бездокументарных ценных и защиты интересов добросовестных участников гражданского оборота ВАС РФ по аналогии закона применял положения ст. ст. 301, 302 ГК РФ в спорах о восстановлении права на акции.

Правовая природа акций позволяет распространить позиции Президиума ВАС РФ о возможности обращения с виндикационным иском и на другие бездокументарные ценные бумаги.

———————————

В соответствии с положениями ст. 147.1 ГК РФ и разъяснениями, содержащимися в п. 42 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.

2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», истребование документарных ценных бумаг от незаконного владельца осуществляется по правилам ГК РФ об истребовании вещи из чужого незаконного владения (ст. ст. 301 — 303 ГК РФ) с особенностями, предусмотренными названной статьей.

Виндикация бездокументарных ценных бумаг: теория и судебно-арбитражная практика

Виндикация бездокументарных ценных бумаг: теория и судебно-арбитражная практика

А. Ю. Бушев, доцент кафедры коммерческого права, к. ю. н.

Теория

Разрешение теоретических дискуссий о природе бездокументарной ценной бумаги (об электронной форме закрепления информации о долге1), о возможности распространения на особую форму правил о «вещи» имеют большое значение для практики защиты (отказа в защите) прав лиц, участвующих в отношениях по передаче долга.

Ведь если вслед за статьей 128 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ) признать, что и документарные, и бездокументарные ценные бумаги могут быть признаны вещами (пусть даже и их разными подвидами), то для защиты прав участников соответствующих долговых обязательств допустимо применение одних и тех же родовых вещ-но-правовых конструкций, прежде всего виндикации ценной бумаги, а следовательно, и воплощенного в ней права. Если же считать, что на дематериализованную форму ценной бумаги правила о вещи никак распространены быть не могут и такая форма есть лишь элемент обязательственного, а не вещного права, то вывод о способе защиты прав владельцев особых электронных документов должен быть иной. Традиции пандектной системы для защиты обязательственного права требования в последнем случае диктуют необходимость применения не вещно-право-вых, а обязательственно-правовых способов защиты (иски о признании договора недействительным и др.).

Читайте также:  ФИФО ценные бумаги

Эти рассуждения широко представлены в современной российской юридической литературе, причем большинство исследователей, в том числе и весьма авторитетных, полагают, что бездокументарные ценные бумаги «к числу ценных бумаг могут быть отнесены лишь с определенными оговорками, поскольку они лишены вещ-но-правовых элементов, сохраняя лишь элементы обязательственные»2. А вот то обстоятельство, что бездокументарные ценные бумаги не являются вещами, исключает, по мнению многих российских ученых и практиков, какую-либо возможность применения к ним и соответствующих способов защиты — прежде всего виндикации3. Столь представительное со-

1 Дематериализация ценной бумаги происходит в разных правовых формах, исключающих или существенно ограничивающих физическое перемещение ценных бумаг в пространстве.

Это и движение прав по ценным бумагам, помещенным у депозитария, посредством безналичных переводов прав со счета на счет, и удостоверение одним документом прав на несколько ценных бумаг и др. См.: Вершинин А. П. О «материализации» прав в бездокументарных бумагах.

//Актуальные проблемы науки и практики коммерческого права. Сборник научных трудов. Выпуск 2. СПб, 1997. С. 38—42.

В предлагаемой статье внимание автора акцентируется преимущественно на рассмотрении так называемых электронных ценных бумаг, являющихся по отношению к традиционным бумажным ценным бумагам своего рода антиподом, находящимся на противоположной стороне ряда материализация («овеществление») прав — дематериализация («разовеществление») прав.

2 Витрянский В. В. Обеспечение исполнения договорных обязательств / Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Общие положения. М.: Статут. 1998. С. 416. См. также: Белов В. А. Бездокументарные ценные бумаги.

Научно-практический очерк. М., 2001; Юлдашбаева Л. Р. Правовое регулирование оборота эмиссионных ценных бумаг (акций, облигаций). М., 1999. С. 33—74; Шаталов А. Как защитить права на бездокументарные ценные бумаги // Рынок ценных бумаг. 1996.

№ 20. С. 66 и др.

3 Белов В. А. Предисловие к изданию / Васьковский Е. В. Цивилистическая методология. Учение о толковании и применении гражданских законов. М., 2002. С. 9; Коршунов Н. М., Митрошина М. В., Эриашвили Н. Д. Ценные бумаги как обьект гражданского права. М.: Юнити. 2000. С. 42—45; Канн С. Ю. Защита прав владельцев ценных бумаг. Автореф. дисс. к. ю. н. М., 2000. С. 8 и др.

  • противление многих цивилистов против допустимости применения виндикации к бездокументарным ценным бумагам может поколебать начавшую было складываться судебную практику, краткий обзор которой приведен далее.
  • Вместе с тем мнение о принципиальной невозможности распространения на бездокументарную ценную бумагу режима вещи, а следовательно, и применения виндикации с точки зрения юридической теории опровергается целым рядом возражений.
  • Прежде чем привести основные контраргументы, следует сделать следующее общее замечание.

Очевидно, что известная условность рассматриваемой квалификации ценных бумаг в качестве вещей может быть преодолена прямым законодательным установлением. В соответствии со статьей 128 ГК РФ ценные бумаги отнесены к движимым вещам. При этом, формулируя данное положение, законодатель прямо не исключает из вещей бездокументарные ценные бумаги.

https://www.youtube.com/watch?v=ZoRJAUbFofE\u0026pp=ygUs0JLQuNC90LTQuNC60LDRhtC40Y8g0YbQtdC90L3Ri9GFINCx0YPQvNCw0LM%3D

Кроме того, в статье 2 Федерального закона «О рынке ценных бумаг», посвященного преимущественно бездокументарным ценным бумагам, при формулировании понятия «владелец» законодатель определяет, что это «лицо, которому ценные бумаги принадлежат на праве собственности или ином вещном праве».

Чего же более? На первый взгляд может показаться, что законодатель со своей позицией определился и дальнейшие рассуждения носят лишь академический характер и никоим образом не должны влиять на судебную практику, во всяком случае, до тех пор, пока публичная власть не установит иное.

Но, может быть, изъятие бездокументарных ценных бумаг из разряда вещей сделано законодателем не в статье 128 ГК РФ, а где-нибудь в ином месте — косвенно?

В самом деле, в соответствии с пунктом 1 статьи 149 ГК РФ к бездокументарной ценной бумаге («форме фиксации прав») применяются правила, установленные для ценных бумаг, если иное не вытекает из особенностей бездокументарной формы «фиксации прав».

Имеется ли такая особенность(«иное») бездокументарной ценной бумаги, которая исключила бы возможность применения к ней режима вещей? Думаю, что принципиальных препятствий для этого нет.

Во всяком случае, их ничуть не более, чем для документарной ценной бумаги.

1 Во-первых, несмотря на, казалось бы, • устоявшееся деление правоотношений на вещные и обязательственные, классификация эта, как неоднократно уже отмечалось в специальной литературе, в высшей степени условна, и «большинство гражданских правоотношений является смешанным «вещно-обязательствен-ным»4. Поэтому довод о том, что бездокументарная ценная бумага, строго говоря, материальной вещью не является и по этой причине не может выступать объектом вещных правоотношений, следует если и принимать, то с многочисленными оговорками и допущениями.

Гораздо важнее выявить природу отношений, обуславливаемых бездокументарной ценной бумагой, которая устанавливается, в частности, из задач, решаемых рассматриваемым правовым институтом в коммерческом обороте, тех преимуществ, которые он предоставляет в сравнении с иными институтами, призванными обслуживать оборот долгов.

2 Во-вторых, попытаюсь вкратце обо-• значить основное значение ценной бумаги и ее отличие от цессии.

В истории развития частного права прошло не одно тысячелетие, прежде чем права требования стали самостоятельным объектом предпринимательского оборота.

Столь длительный путь прав требования к передаваемости (обороте-способности) объясняется теми правовыми подходами, которые вначале были сформированы римским частным правом, а в дальнейшем преодолевались и пересматривались реципировавшим его европейским правом.

Введение ценной бумаги в коммерческий оборот позволило перераспределить между его участниками не только бремя доказывания достоверности соответствующего права, но и определенные, связанные с реализацией права,

«Брагинский М. И. К вопросу о соотношении вещных и обязательственных правоотношений / Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика: Сборник памяти С. А. Хохлова / Отв. ред. А. Л. Маковский. М., 1998. С. 115. См.

также: Толстой Ю. К. / Гражданское право: Учебник / Под ред. Ю. К. Толстого, А. П. Сергеева. М., 1996. С. 286; Райхер В. К. Абсолютные и относительные права // Известия экономического факультета ЛПИ. Вып. 1 (XXV). Л., 1928. С.

273—306 и др.

риски, лежащие как на кредиторе, так и на должнике5.

При обороте долга, воплощенного в ценную бумагу, в сравнении с общегражданской конструкцией цессии, значительно снижаются риски всех участников соответствующих отношений — должника, первоначального кредитора, последующего кредитора.

Для снижения рисков, а следовательно, повышения оборотоспо-собности долгов особый документ наделялся специфическими признаками и свойствами (повышенная формальность, презентация документа, публичная достоверность, абстрактность долга и др.

).

В дополнение к родовым признакам и свойствам для повышения оборотоспо-собности долга используются дополнительные правовые конструкции, варьируемые в зависимости от вида ценной бумаги (ответственность первоначального кредитора перед последующим за исполнение долга — для ордерных ценных бумаг, регистрация перехода права на ценную бумагу в книгах должника — для именных эмиссионных ценных бумаг и др.).

Все эти правовые решения, как родовые, так и видовые, призваны повысить доверие потенциального кредитора к действительности и исполнимости долга, снизить и перераспределить возникающие у него риски в сравнении с рисками должника и первоначального кредитора (риски по точному определению участников отношений, доказанности наличия и содержания долга, его исполнимости).

В самом деле, ведь новый кредитор может и не знать о взаимоотношениях первоначального кредитора и должника, о тех возражениях, который последний может заявить в связи с основанием возникновения долга.

Поэтому для побуждения потенциального кредитора к принятию решения о приобретении права требования нужно было сообщить ему полную и достоверную информацию об условиях обязательства с должником.

Сравнивая передачу прав требования в порядке цессии и по ценной бумаге, К. П.

Победоносцев отмечал, что обычно «обязательство неразрывно связано с лицом, так что даже при передаче требования от одного лица к другому на обязательстве остается след тех лиц, которым оно прежде принадлежало, так что должник возражения свои может извлекать из тех отношений, которые существовали между ним и прежними владельцами этого права. Напротив, в особых актах личное отношение должника и кредитора, личное обязательство либо совершенно исчезают, либо получают второстепенное, слабое значение. Требование связано с актом и вместе с ним становится совершенно подобно движимой вещи, которая передается просто от лица к лицу, без соображения личностей, между коими обращается. Акт становится вещью и в этом качестве делается предметом вещного права — собственности, владения»6.

В период формирования института ценных бумаг бумажный носитель информации, с точки зрения достоверности последней, признавался наиболее надежным. Неслучайно поэтому длительное время в судебном процессе многих стран бумажным доказательствам отдавался приоритет перед свидетельскими показаниями.

При формулировании понятия ценной бумаги как особого рода документа, исполняемого на бумажном носителе, в условиях отсутствия эффективных средств коммуникации между участниками коммерческого оборота бланк ценной бумаги был необходим для решения как минимум двух задач.

Бланк ценной бумаги служил для передачи информации о содержании права требования, являясь как специфическим носителем информации о долге, так и средством связи для ее передачи.

Иными словами рассматриваемый бланк являлся своего рода письмом (уведомлением), адресованным одним участником коммерческого оборота другому.